Купанье гусей

"Купанье гусей"

Комментарии: 2
Старинный обычай - опустить гуся в речку.

Были тут главным образом женщины, девушки, дети. На многих звенели мониста из старинных серебряных денег, и у многих рядом с монистами блестели медали ветеранов труда.

После раздачи грамот, подарков, чтения благодарностей всем, кто готовил праздник и отличился на нем, мне, гостю, тоже поднесен был подарок - живой.

Расходились из клуба в сумерках. В домах горели огни. Поскрипывал снежок под ногами. Еще носились по улицам в наряженных санях ребятишки, но праздник растекся на множество маленьких ручейков по домам, где ждало людей угощенье.

С гусем в лукошке был отведен я к дому, где на воротах висело нарядное полотенце и была нарисована пара веселых праздничных птиц. Большой стол в чистом звонком рубленом доме был уставлен яствами, названия которых я не запомнил. В середине на блюде лежал огромный, с шапку, беляш, на тарелках рядом - беляши маленькие, дальше печенье, варенье, блины, халва из пшеничной муки. Башкирский мед, уральские ягоды, масло с вишнями, масло с брусникой. Пел на столе самовар. Но центром был гусь. 

В ХОЗЯЙСТВЕ у человека двадцать восемь пород гусей. Все ведут начало от диких серых гусей, которые и сегодня летят весною с юга на север, а осенью возвращаются на зимовки. Гуси пролетают над разными странами, и у любого народа гусь - непременный персонаж сказок, песен, пословиц. В Башкирии едва ли не в каждой второй песне вспоминается дикий или домашний гусь.

Породистые домашние гуси по сравнению с дикими, исключительно жизнеспособными птицами, одолевающими на крыльях тысячи километров, конечно, отяжелели, но родства не утратили. Язык домашних гусей понятен и диким. Нередко дикие гуси при перелетах смешиваются с домашними, вместе пасутся. Дикие, улетая, зовут с собой домоседов, но те лишь тревожно гогочут.

В России водили гусей повсюду. Известны породы: арзамасская, хохломская, шадринская, тульская. Поэзия деревенской жизни связана с этой птицей. У кого в памяти о деревне не осталась речка с белеющим стадом гусей, с цепочкой птиц, возвращающихся вечером к дому.

Гусь дает не только превосходное мясо, но также отличный пух. Подушки и перины башкиры набивают только гусиным пухом - «куриные пахнут». И подушки эти повсюду таких необъятных размеров, что кажется, на них можно прыгать сверху без парашюта.

Гусиные перья когда-то тоже ценились. Из России только в Англию ежегодно отправлялось 20 - 30 миллионов этих орудий письменности, кои держали в руках и Байрон, и Пушкин. Курьез, но даже в век авторучек находились люди, предпочитавшие перу стальному гусиное.

В некоторых районах нашей страны гуси пользовались особым почетом. Семен Степанович Гейченко, с которым в Михайловском я завел разговор о гусях, достал с полки книжку «Пушкиногорье», и я в ней прочел: «С древних времен на Псковщине была своя порода домашних гусей. Они назывались «псковские лысые» и отличались вкусным мясом, добротным чистым пером, мощными красными лапами и большой лысой головой на длинной шее.

У жителей столицы они пользовались большой славой. На Сенной площади Петербурга был даже особый торговый ряд, в котором продавали только псковских гусей.

Осенью гусей большими стадами пешим ходом отправляли на продажу во Псков и Питер. Гнали их мужики, хорошо знавшие это дело, вооруженные длинными хворостинами. А чтобы во время долгого пути птицы не сбивали себе ног, им заранее смазывали пятки густой смолой».

Гуся отличают смышленость, спокойствие, чувство достоинства. В его характере, унаследованном от диких предков, много занятных для человека повадок. Наблюдать гусиную стаю, гусиную семью всегда интересно. Те, кто водит гусей, расскажут, как привязан гусак к гусыне, как подает ей голос, пока она сидит взаперти на гнезде. Весною гуси-самцы становятся беспокойными: оберегая права на отцовство, гусак отважно дерется с соперником.  

БАШКИРЫ издавна водят гусей - морозят их во время осенних забоев, вялят летом на солнце. Оплывший жиром, подсоленный вяленый гусь три года сохраняется без холодильника. Пришел гость - угощенье готово. Поехал в гости - прихвати с собой гуся в гостинец. «Праздник гусиного пера» имеет тут глубокие корни. Повсюду, как только выпадал снег и уходила под лед вода, начинали убирать урожай птицы. Каждый дом забивал не менее двух десятков гусей. В день с такой работой хозяйке не справиться. Приглашали соседей. Все - щипка пера, паленье гусиных туш на костре, ополаскивание гусей в проруби - делалось сообща, с песнями, с принятым ритуалом. Хозяйственное событие оборачивалось веселым сельским празднеством. 

А это на племя...
А это на племя... 

Все, что я видел на улицах, в Бурангулове напоминало картины Кустодиева: снег, смех, пестрота красок, лошади, люди, самовары возле ворот, столы с печеньем-вареньем, пляски, музыка, ребятишки на деревьях и на заборах. Все неподдельно-естественно, полнокровно. Костюмы не сшитые только что, а видавшие уже не одно торжество, музыка не из репродуктора, а рожденная гармониками, медным гонгом, тростниковыми дудочками, мандолиной. Мелькают в плясках цветные платки, звенят мониста. Мальчишки, завладев лошадьми, носятся в нарядных санях по деревне. 

Близко к вечеру коллективный праздничный труд был окончен, и наступил момент, когда вся деревня тронулась к речке. Впереди неспешным шагом под музыку двигались нарядные старухи и молодухи с коромыслами, обвитыми лентами. На коромыслах висели золотистые тушки гусей - по четыре на каждом. 

Порошил легкий снежок. Вода в длинной проруби колыхалась от погруженных в нее гусей. Обрядовая песня сопровождала эту купель… 

ВЛИЯЮТ ли эти сохраненные и возрожденные праздники деревенского бытия на уклад жизни, на крепость семьи, на рождаемость, на все, что нас последние годы очень тревожит? Еще как! За пять лет на сто двадцать сыгранных в Бурангулове свадеб приходится лишь два (!) развода. Детей в домах - от пяти до семи, половина всего Бурангулова - дети.

Допоздна светились окна в домах. Слышалась из домов музыка, смех молодого народа. Праздник, понемногу стихая, продолжался под светом звезд.

Над ночною деревней висел синий морозный дымок. И пока мы, разговаривая о том о сем, прошлись по заснеженным улицам, в крайнем доме ход времени заливисто-громко обозначил петух.

Фото автора.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт