Маргарита ЧИМИРИС, Фото автора и из семейного архива. (25 февраля 2010)
Детская жизнь за  44 грамма золота

Детская жизнь за 44 грамма золота

Комментарии: 15
Виталик всегда был жизнерадостным и общительным мальчиком...

Маршрутка из Винницы в Теплик ехала почти три часа, останавливаясь у каждого села. Народ входил, выходил, громко хлопая дверью. Чужие же друг другу люди, потерпят! Разговоры тоже затевались дорожные, необязательные - чем скотину кормят, когда пенсию дадут. Я, конечно, не рассчитывала, что случайные попутчики вдруг начнут вспоминать о трагедии, которая не так давно произошла в районном центре. К таким воспоминаниям не возвращаются, если они не личные, не болят. Ну да, и мальчишку жалко, и мать - да ведь ребенка уже не вернешь. Примерно так мне объяснила соседка по креслу и снова задремала, зябко подняв воротник...

В Теплике во дворе собственного дома повесился 13-летний Виталик Николишин, сын хозяйки местного мебельного магазина. Говорили, Виталика подозревали в краже. Из дома его друга, после того как паренек зашел в гости, пропали четыре золотых кольца, браслет, цепочка, крестик. Прямо из косметички, что лежала в ящике компьютерного стола, исчезли. Кто ж еще мог взять, если не он? За расследование дела взялась милиция.

Золото так и не нашлось. Виталика похоронили. А городок начал жить слухами…

«МАМА ЗАПЛАТИТ ЗА ВСЕ»

Здесь чужой заметен сразу. На автовокзале, знавшем лучшие времена и ремонты, пожалуй, еще в семидесятые годы прошлого века, вертятся только двое ребятишек в старых пальто. Готовы показать магазин, где работает мама Виталика. Не бесплатно - за шоколадку.

- Во-он туда идите! - тычут пальцем и, весьма довольные сделкой, начинают шелестеть фольгой.

Скольжу по узкому подобию тротуара, придумываю первую фразу для беседы со Светланой Николишиной: хоть и созвонились накануне, но не знаю, как начать. Сказать «добрый день»? Да возможны ли у нее сейчас в принципе добрые дни?

Светлана сама начинает разговор.

- Не умею я носить черных платков… - произносит она с растерянной улыбкой. Газовый шарф покрывает русые волосы траурной волной, спускается на плечи. Светлану можно назвать красавицей, которую не портят ни заплаканные припухшие глаза, ни потухший взгляд.

Зовет посидеть в кафе. Там пустынно, как у нее на душе, - никто не помешает разговору.

- Это последнее фото вместе, - показывает дисплей мобильного телефона. На снимке Светлана совсем другая - счастливая, и сынок рядом. Такой же симпатичный, улыбчивый, без тени жутких проблем, которые вот-вот на него обрушатся.

- Да не нужны ему были те побрякушки, - монотонно, чувствуется, что не в первый раз, произносит женщина.- Я карманные деньги всегда давала - сколько надо. На конфеты, на развлечения. Сладости вообще килограммами домой приносила мальчишкам моим (в семье растет еще восьмилетний Максимка. - Авт.). Позволяла Витальке брать на рынке у продавцов хот-доги - в долг. Он знал, что надо сказать: «Мама за все заплатит». Теплик же - почти село, а у меня бизнес, на нормальную жизнь своим детям более-менее зарабатываю.

Светлана осекается, глаза вновь наполняются слезами. Во множественном числе говорить о сыновьях она уже не может.

«А ПАЛЬЧИКИ, ПОХОЖЕ, ТВОИ…»

История завертелась в конце января. К Светлане пришла бабушка одноклассника Виталика, Игоря Смирнова (фамилия изменена), и обвинила ее сына в краже золота. Мол, в дом из чужих детей только три сверстника наведывались. Теперь пропали целых 44 грамма золота - на тринадцать тысяч убытку. Все обыскали - пусто. Не под землю же колечки с браслетом провалились!

- Эта семья переехала в наш городок прошлым летом, - вспоминает Светлана. - Игорь стал учиться в одном классе с моим сыном. Знала: общаются, Виталик заходил в гости - поиграть за компьютером. Но у нас Игоря ни разу не видела. Может, потому что все время провожу на работе?

- Сын твердил: «Я ничего брал!» - продолжает Светлана. - На следующее утро Смирновы отнесли заявление в милицию.

Через пару дней милиционеры наведались в школу. Собрали троих мальчишек, которые бывали в доме у пострадавших, в одном кабинете, начали расспрашивать. За разговором наблюдала завуч, классный руководитель, несколько раз даже директор заглядывал. Похоже, взрослым показалось: из троицы только Виталик выглядел наименее уверенным.

...но о своих страшных переживаниях родной маме так и не сказал.

...но о своих страшных переживаниях родной маме так и не сказал.

- Может, сына запугали, предлагали сознаться? - Света нервно сжимает руки. - После беседы он как-то сник. А я не знала, что делать, но на сына не давила. Просто повторяла: если ты взял - скажи сейчас! Я верну все до копеечки. Ломбардов в Теплике нет, хозяина ювелирного магазина я знаю, выяснила - никто туда это золото не сдавал. Даже обращалась к серьезным знакомым в Винницу, чтобы навели справки по своим каналам, не поступали ли в ювелирки такие вещи.

Мальчик, скорее всего, слышал мамины телефонные переговоры. Как она нервничает, как пристально задерживает взгляд… Даже мама не верит?

Затем Светлану с сыном вызвали в районный отдел Тепликской милиции. Туда же пришла и хозяйка золотых украшений. Все походило на очную ставку. Виталик путался в датах и объяснениях, заметно волновался.

- Тогда же нам сказали: на месте пропажи сняты отпечатки пальцев, - говорит Светлана. - И хотя экспертизу еще не провели, начальник райотдела задумчиво повторял: «А пальчики, похоже, твои…» Уже после похорон Светлана узнает: сын делился с одноклассниками бедой - все против него. Как быть?

«Я ЭТОГО НЕ ХОТЕЛ»

Он готовился к уходу из своей маленькой жизни. Заранее, чтоб не увидел и не стал задавать вопросы брат Максимка, достал из тумбочки удлинитель, написал записку. Повидался с друзьями и даже шутил с ними по дороге из компьютерного клуба домой.

С мамой встретился в дверях, перебросившись лишь парой фраз. Не снимая куртку и ботинки, присел на диван. Максимка увлеченно смотрел мультик. Не проронив ни слова, Виталик вышел в сад.

Светлана вернулась домой через 20 минут. Мучило недоброе предчувствие. Болело сердце, кружилась голова, из рук норовил выпасть пакет с соком и йогуртом для сыновей.

- Как током ударило! - зарыдала она. - Бегаю по комнатам, зову: «Виталька, ты где?» Смотрю - записка.

«Мама, я не брал. Я очень люблю тебя. Будь с Максимкой. Я этого не хотел. Иду вешаться».

Она нашла его в саду, сама сняла с ветки, даже не прогнувшейся под тяжестью подросткового тела, занесла в дом, припала к губам - делать искусственное дыхание, целовать… Но - поздно.

- Похороны помню как в тумане, - глухо продолжает Светлана. - Только один момент застрял в памяти. При выходе с кладбища подошла классный руководитель сына. Дала конверт с деньгами, которые собрали дети, а потом произнесла: «У завуча пропал телефон. Мы думаем, что это Виталик. Поищешь?».

Своего младшего Светлана перевела в другую школу спустя неделю. Мальчик, потерявший в одночасье брата и защитника, не хотел учиться там, где все пытались с ним поговорить, пожалеть, расспросить.

А телефон завуча нашли чуть позже, за вешалкой в классе.

ГЛУХАЯ ПРОВИНЦИЯ ДУШИ

Я была настроена против этой школы изначально. Стыдилась предвзятости и одновременно не гасила ее в душе. Знала, что директор уже прогнал нескольких журналистов, пытавшихся выведать у детей, что, по их мнению, подтолкнуло Виталика к самоубийству. Разделяла чувства Светланы Николишиной за тот последний «педагогический удар» на кладбище. Добавим сюда настойчивый слух, гуляющий по городу, - якобы в школе детей обзывают «недоумками» и чуть ли не бьют - и коллективный портрет в черных тонах готов.

И в столице, и в маленьком городке детям очень нужно наше тепло и внимание.

И в столице, и в маленьком городке детям очень нужно наше тепло и внимание.

Встречей с директором Тепликской СШ №2 Василием Николаевичем Маленой я была обязана руководству районного управления образования. Оттуда позвонили и уговорили-порекомендовали расставить в комментарии точки над «i». Минут пять Василий Николаевич давал понять, что просто выполняет поручение начальства, сухо и корректно. Дальше его эмоции выдали душевную боль и смятение…

- Хороший ребенок, как многие в таком возрасте. Шебутной, мог опоздать на урок, надерзить учителю. Но не грубо, просто в запале. Год назад я попросил ребят из его класса помочь перетащить доски из спортивного зала. За это обещал пожать каждому руку. Виталик сделал работу лучше и быстрее остальных. Свое спасибо я сказал ему первым и руку пожал. Как он засиял от удовольствия! Теперь понимаю, отчего у него порой происходили срывы в поведении. Знаете, в нашем провинциальном болоте ничего не утаишь. У Виталика мама давно одна. Красивая, молодая, деньги зарабатывает, мужа, наверное, ищет себе подходящего, - Василий Николаевич вздохнул. - Не до детей ей было, хоть права судить у меня нет. В школе не появлялась, все вопросы по телефону решала. А сыну тепла хотелось, любви, внимания. Он стал слишком самостоятельным, все понимал. И, наверное, ревновал маму к ее поклонникам. А протест свой выражал как умел.

О том, что в семье Виталика не все гладко, в педколлективе почувствовали около года назад. Тогда директору пожаловалась продавщица продуктового магазина: Виталик Николишин взял с прилавка пару «киндеров» и убежал. Учителя вызвали мальчика к себе. Опустив голову, он пообещал расплатиться и больше так не поступать.

- Вероятно, дома по этому поводу его отчитала мама, - продолжил Василий Николаевич. - И Виталик не нашел другого выхода, как сбежать. Два дня - ни слуху ни духу. Искала мама, мы, милиция. Все это время он прятался в заброшенном чужом сарае.

Впрочем, историю с пропавшим и нашедшимся телефоном учительницы Василий Николаевич не взялся оценивать с моральной точки зрения. Мальчика ведь уже не вернешь. Поневоле вспомнилась попутчица в маршрутке - логика та же, железная.

- А как его друзья-одноклассники пережили случившееся?

- Испугались, переживали. Мы даже вызвали группу психологов из Винницы, чтобы помогли ребятам восстановить равновесие. Поэтому сейчас все улеглось.

Директор не знает или не хочет знать: на самом деле ничего не улеглось. Дети - придумщики посильнее взрослых, они продолжают верить слухам и сами их распускают. Мол, в милиции Виталика обещали посадить надолго в тюрьму, к бандитам. А кто-то даже предлагал поделиться золотом, тогда поможет уменьшить срок наказания.

Интересно, догадываются ли в райотделе, что все героические телевизионные сериалы об отважных и благородных «ментах» тепликские мальчишки смотрят отныне, как сказку? Здесь-то в подростковой среде укрепилось другое мнение: попадешь в участок - назовут вслух преступником, и хоть в петлю лезь, не избавишься от подозрений. Кто и как их разубедит?

Драматическое совпадение. Вскоре после смерти Виталика в соседнем селе Соболивке пыталась повеситься его сверстница.

- На полпути девочку с веревкой в руках догнала мама, - говорят в тепликской милиции. - Школьница в очередной раз поссорилась с отцом-алкоголиком. И свести счеты с жизнью пыталась уже не впервые.

У этой девочки были свои, совсем другие, мотивы. Но жуткий выход, который нашел Виталик, едва не стал и для нее единственным…

САМЫЙ СТРАШНЫЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

Со дня смерти Виталика у его ровесников, даже тех, которые не часто общались между собой, появился общий враг. Дети дружат против Игоря Смирнова. Того самого мальчика, к которому ходили в гости «на компьютер» и в чьем доме произошла роковая пропажа.

…Я стояла у дома Смирновых и наблюдала картину - возвращение Игоря из школы. Тринадцатилетний подросток понуро брел в окружении «конвоя» - мамы и бабушки.

Хорошо хоть за руки не держали.

- А как нам быть? - грустно вздохнула бабушка мальчика, Надежда Владимировна, и пригласила войти. - Переехали сюда недавно, никого не знали. Теперь на улице пальцами тычут. А родные Виталика кричат: «Убийцы!» Знать бы, что это проклятое золото станет причиной такого горя, никогда бы не обращалась в милицию. Пропади оно пропадом!

Мы разговаривали, а Игорь повернулся спиной и смотрел в монитор компьютера, всем видом показывая - не при делах. На вопросы не отвечал, лишь бормотал себе под нос что-то невнятное.

- Переживает очень, - объяснила бабушка. - Ведь дети несколько раз его били! В день похорон как раз у Игоря был день рождения. Одноклассники подписали ему открытку, а внутри нарисовали гроб…

Родные Игоря хотели бы перевести мальчика в другую школу. Даже подумывали уехать из городка, но не решились. Чтобы так круто менять свою жизнь, у них нет ни сил, ни денег. Придется терпеть.

Однако в Теплике появился новый повод для досужих разговоров. Якобы семья Смирновых те самые кольца-браслеты нашла и потихоньку продала, чтоб избежать самосуда. А Игорю, чтоб утешился немного, купили новый мобильник.

Смирновы плачут и оправдываются: не было этого! Даже объяснительную для милиции написали.

В общем, хоть в петлю лезь… 

КСТАТИ

Вины милиции не нашли

Когда в случившемся заподозрили «плохих» милиционеров, делом заинтересовалась прокуратура. В райцентр также приезжали и сотрудники Службы безопасности МВД Украины. Но доказательств вины милиционеров в самоубийстве ребенка не нашли.

- На время проверки моих подчиненных от работы не отстраняли, - говорит начальник Тепликского райотдела милиции Николай Сохацкий. - Я уверен, что они свои полномочия не превышали и на ребенка не давили.

- А почему ваши подчиненные больше склонялись к тому, что виноват именно Виталик Николишин?

- За нас говорили факты: мальчик был в доме пострадавших в тот отрезок времени, когда исчезли драгоценности. Никто из посторонних туда не мог попасть: окна и двери были целы. Мы даже взяли на экспертизу сердцевину замка, чтобы проверить, не подбирали ли туда ключи. Плюс ко всему рассказы учителей о пропаже вещей в школе и магазине. К этому тоже был причастен Виталик.

- Но это всего лишь косвенные улики. А вещдоки были?

- Был частичный отпечаток пальцев. Мы пытались установить, детский он или взрослый. Но не смогли - он был слишком плохого качества.

- Все равно выходит, что обвинять ребенка было неправильно!

- А его никто и не обвинял. Были только подозрения. К тому же по лицу, поведению Виталика было видно, как он волнуется и что-то скрывает. А ведь мы даже не думали сажать его в тюрьму - ему ведь всего 13. Кто знал, что все повернется таким страшным образом? 

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Из этого городка хотелось скорее уехать и больше никогда не возвращаться. Пугали люди. Мне всегда казалось, что жителям маленьких поселков проще бороться с трудностями: они ведь лучше знают друг друга, а значит, и помочь в трудную минуту им легче. Эти иллюзии в один миг рушит трагедия, подобная тепликской. Каждого, кто причастен к теме №1 в городке, накрывает лавина циничного любопытства. Вчерашний хороший, добрый сосед пытается выведать подробности, пустить слух. Через неделю о ЧП потихоньку забудут. А взрослым и невдомек, что в душах детей, которые не могут не слышать их разговоры, остается страх.

Виталик Николишин испугался взрослого мира, в котором всегда точно знают, кто вор, кто гуляет и как за это нужно наказывать. Он не нашел другого выхода, кроме петли. Теперь неважно, брал ли мальчик это золото. Важнее другое: откроют ли свои глаза мамы и папы других детей? Или с новой силой будут «затягивать петлю» на шее невольного виновника трагедии - Игоря?

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт