Наталья БЕЛОВИЦКАЯ («КП» - Днепропетровск»). Фото из личного архива Геннадия Корнева. (19 февраля 2010)
Разведчик, полковник СБУ Геннадий КОРНЕВ о войне в Афганистане: «Сейчас войска НАТО в еще худшем положении»

Разведчик, полковник СБУ Геннадий КОРНЕВ о войне в Афганистане: «Сейчас войска НАТО в еще худшем положении»

Капитан Корнев (крайний справа) на учениях по стрельбе с сотрудниками афганской службы безопасности в Меймене.

Полковник СБУ в отставке, а тогда капитан КГБ СССР Геннадий Корнев провел в Афганистане шесть лет в должности советника афганских спецслужб.

«Мы пришли со всей душой»

- В представительстве КГБ СССР при органах безопасности Афганистана меня распределили в город Меймене (недалеко от границы с Туркменией. - Ред.), - вспоминает Корнев. - Моя задача советника состояла в том, чтобы научить работать афганцев в их местном органе безопасности - Службе государственной информации (СГИ).

- В Меймене вы действовали как разведчик или контрразведчик?

- И то и другое. Учили афганцев работать по всем направлениям. В нашу задачу входило и выявление планов по подготовке нарушений советской границы, и выяснение намерений всех исламских формирований. А их было множество, с поддержкой в Пакистане, Иране или Саудовской Аравии. Также мы должны были проводить пропагандистскую работу среди местных жителей, чтобы они становились сторонниками СССР.

- И как, удавалось?

- Мы пришли в Афганистан со всей душой, уважением, помощь оказывали. И продуктами, и медикаментами помогали. Занимались восстановлением мостов, дорог, поддержкой электростанций…

На курсах нам читали страноведение и ислам, возили по священным местам. Так что обычаи мы знали. Оружие всегда носили при себе, но его не было видно. Этот нюанс тоже располагал. Опять же, говорили на их языке. А на вопрос, зачем выучили, отвечали: из уважения к их древней стране. К нам было хорошее отношение. Но не всегда.

К сожалению, не все наши соотечественники старались учитывать эти нюансы. Мы объясняли, что полураздетыми там ходить нельзя. Но иногда кто-то выходил на улицу в таком виде. Афганские муллы сразу же использовали это в своей пропаганде: «Вот пришли неверные, ваших сестер, матерей и жен заберут».

Еще у афганцев культ предков, кладбища на видном месте на возвышенностях располагаются. А военным наблюдательные пункты тоже на высокой точке нужны. И если наши рыли на кладбищах землю - деревня быстро переходила на сторону врага. Подобные случаи иногда отправляли насмарку всю проведенную работу. Если же наши войска учитывали местные нюансы, то все было нормально.

Спасали детей и вербовали женщин

- Вражеские намерения по нарушению границы удавалось выявить?

- Явных намерений не было. Но вот был такой случай. В афганской авиакомпании «Бахтар» летали наши самолеты Як-40. И одна из банд постоянно обстреливала их на взлете и посадке. И тут выяснилось, что руководитель этого бандформирования хочет встретиться с советником. Бандиты вначале хотели, чтобы мы для конспирации к ним ночью приехали. Но мы настояли, чтобы они прибыли к нам. Зашел главарь с большой черной бородой и на костылях (накануне сам себе случайно прострелил колено): «Нужна помощь. В кишлаке у детей краснуха». Детям, конечно, помогли, а через несколько дней пришли старики, на колени упали: «Спасибо! Ты помог нашим детям!». После этого банда прекратила не только обстрелы авиации, но и вообще обстрелы города.

- Правда ли, что женщины в Афганистане были тогда совершенно бесправны?

- С нами работали две афганские женщины-машинистки. Одна как-то говорит: «Товарищ советник, у моей подруги есть интересная информация». А идти к чужой женщине в дом - смертный приговор для нее. Наша сотрудница тайно привела подругу, та зашла в парандже, потом сняла ее - красавица, вся в золоте. Рассказала о планах исламского комитета по поставкам оружия, пропагандистских мероприятиях, планах нападения.

- Откуда она это все узнала?

- А мужчины у них, когда разговаривают между собой, не обращают внимания на женщин. Нас на курсах учили: «Идет афганская женщина - это для вас пустое место». Было такое, что женщина упала, я к ней. Афганец со мной шел, говорит: «Иди мимо. Хочешь, чтобы голову тебе снесли?» 

Разведчик на БТРе возле гостиницы, где жили советские сотрудники.

Разведчик на БТРе возле гостиницы, где жили советские сотрудники.

«Вы нас предали, ребята»

- Вы знали заранее о выводе советского контингента?

- В общем-то да. Горбачев на каком-то совещании сказал, что принято такое политическое решение. Разговоры были, но о конкретных датах речь не шла.

То, что надо выводить войска, сомнений не было. Но будущее Афганистана вызывало вопросы.

Даже сейчас однозначно нельзя сказать, зря мы там воевали или нет. С точки зрения человеческих жизней - это одно. С другой стороны, когда мы уходили, многие афганцы нам говорили прямо: «Вы нас предали, ребята».

- По прошествии времени как вы оцениваете афганские события?

- Уж если предприняли такой шаг - войти в страну с оружием, то нужно было продумать, какую политику там вести. А у нас было шараханье из стороны в сторону. Был сделан упор на чехословацкий опыт, а здесь у населения другое мировоззрение. Образно говоря, они утром проснулись - в стране чужие люди, которые во многих случаях ведут себя неправильно. Афганцы могут простить все, кроме неуважения к их традициям.

- Что подразумевается под чехословацким опытом?

- Если уже решили вводить военный контингент, то нужно было военным путем и идти, не позволять стать на ноги военной оппозиции. В мировой истории ни одно партизанское движение не было побеждено. А мы зашли, стали гарнизонами и надеялись, что афганцы все сами сделают. Нужно было поставить заслон потокам оружия из-за границы. А у нас были точечные действия. Там участвовали в боевых действиях, а там - нет.

Когда мы пришли в Афганистан, у них еще шомпольное оружие было, и вдруг стало появляться современное: и китайское, и египетское, и итальянское, а затем и американское.

- Вы следите за ситуацией в Афганистане сейчас?

- Да, по мере возможности. Войска НАТО еще более в худшем положении, чем тогда были мы. У нас была установка на контакт с местным населением, а у них нет. Афганцы же мгновенно чувствуют неуважение или пренебрежение, не дай бог его показать.

ИЗ ЛИЧНОГО ДЕЛА

Геннадий Алексеевич Корнев, 53 года, полковник СБУ в отставке, председатель совета ветеранской организации «Единство» при Управлении СБУ в Днепропетровской области.

Окончил Днепропетровский химико-технологический институт, курсы по изучению иностранных языков при высшей школе КГБ СССР, Институт разведки им. Андропова.

В Афганистане отслужил в общей сложности шесть лет: с ноября 1981-го по январь 1984-го и с февраля 1985-го по декабрь 1988 года.

Награжден орденом Красной Звезды, медалью «За боевые заслуги».

Женат, имеет двоих сыновей.

БЫЛ ЕЩЕ СЛУЧАЙ

Разработал операцию ликвидации Черного Муллы

- Геннадий Алексеевич, расскажите, орден Красной Звезды за что получили?

- За проведение операции в провинции Фарьяб. Там действовало формирование исламских фундаменталистов ДИРА (Движение исламской революции Афганистана). Они терроризировали всю округу, уничтожали сторонников народной власти, особенно женщин, нарушающих, по их мнению, нормы шариата. Однажды они убили четырех местных сестер-учительниц, животы им вспороли. Считали, что женщины не должны преподавать.

Несколько военных операций против них результатов не принесли: то ли была утечка информации, то ли им везло. Тогда мы решили воспользоваться враждой между бандформированиями других исламских партий. Направили ходоков к руководителю ДИРА Абдуль Гафуру (по прозвищу Черный Мулла) с просьбой, чтобы он повлиял своим авторитетом, навел порядок. А между теми распространили слух, что Черный Мулла всех собирается подчинить своей власти. Абдуль Гафуру устроили засаду, в которую он попал и был уничтожен. Я разрабатывал эту операцию и руководил ею. В 1983 году ее даже описали в статье газеты «Известия» - «Конец Черного Муллы».

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт