Китайцы подделывают даже боевые самолеты!

По объему экспорта оружия Россия занимает второе место в мире. После США. «Оборонка» нашего северного соседа, несмотря на все проблемы, продолжает производить уникальные вооружения, многие из которых считаются лучшими в мире.

Взять хотя бы истребители семейства Су. В свое время их охотно и в больших количествах покупал Китай. Это приносило в госказну гигантскую прибыль (бывало до $3 млрд. в год!). Но 12 лет назад министры и генералы, военные инженеры и конструкторы Поднебесной решили, что с покупкой русских боевых «сухарей» надо завязывать. Вознамерились их сами делать. И уговорили Москву продать им лицензию на производство этого самолета, что вызвало саркастические ухмылки на лицах светил российского самолетостроения. Они убеждали китайцев, что лицензионные самолеты могут стать для них бесполезной тратой денег. Но китайцы упорно стояли на своем. И вот недавно пришла сенсационная весть: Китай сумел скопировать российский истребитель! 

Истребители Су-27 - гордость советской, а теперь российской авиации.

Истребители Су-27 - гордость советской, а теперь российской авиации.

Теперь покупатели уже не заглядывают с жадной азиатской страстью в глаза российских торговцев истребителями. Заплатив деньги за лицензию, они одним махом приобрели результаты долгого труда конструкторов и «оборонщиков» РФ, их технические секреты и ноу-хау. Вот и получается, что Россия с помощью своих мозгов и технологий укрепляет оборонную мощь восточного соседа, который уже начинает… сам торговать лицензионными самолетами! Почему же так происходит? Об этой проблеме военный обозреватель «КП» Виктор БАРАНЕЦ беседует с директором Центра анализа и стратегий Русланом ПУХОВЫМ. 

Воровство по лицензии

- Руслан Николаевич, как понимать вот такие сделки?

- Позвольте напомнить предысторию. С 1992 по 2005 год Китаю было поставлено из России 176 истребителей семейства Су-27. Они стали самыми современными китайскими боевыми самолетами. Кроме того, в 1996 году Москва заключила с Пекином соглашение о лицензионном производстве 200 истребителей Су-27СК в Китае. Предусматривалось не полное размещение производства Су-27СК, а только сборка этих самолетов в Шеньяне из поставляемых из России сборочных комплектов и комплектующих.

А это китайский «близнец» российской «сушки». Его собирают на заводе в Шеньяне (см. фото внизу).

А это китайский «близнец» российской «сушки». Его собирают на заводе в Шеньяне (см. фото внизу).

Комплекты для сборки поставляло Комсомольское-на-Амуре авиационное производственное объединение имени Гагарина, турбореактивные двигатели АЛ-31Ф целиком шли с московского завода «Салют». Из России прибывала и вся бортовая электроника.

- И каким же получился результат?

- Выкатка первого серийного Су-27СК китайской сборки (китайское обозначение J-11А) произошла в декабре 1998 года. По первому контракту в рамках этого соглашения Китаю было поставлено около 100 сборочных комплектов. Однако освоение производства в Шеньяне затянулось, и до начала 2000 года было построено только 8 самолетов. Сборка всей первой лицензионной партии была завершена к началу 2004 года, однако планировавшийся контракт на поставку следующих приблизительно 100 комплектов для сборки подписан так и не был.

- Почему?

- Выяснилось, что параллельно со сборкой истребителей Су-27СК из российских комплектов китайцы одновременно вели в Шеньяне и копирование этого самолета. Эта «пиратская» копия получила местное обозначение J-11B. Три опытных прототипа J-11B проходят летные испытания с 2006 года. На них китайцы установили разработанные собственными силами двигатели, которые, по некоторым данным, также являются своего рода «пиратскими» копиями нашего двигателя АЛ-31Ф. Более того! Китай намерен предложить J-11В и на экспорт.

- И чем это нам грозит?

- Пока возможности Китая по организации действительно массового самостоятельного выпуска J-11В (и особенно двигателей для них) остаются неясными. Речь, наверное, может идти о десятках машин. Но ведь это лишь начало! Тем не менее очевидно, что таким образом Китай фактически стал независимым от поставок истребителей семейства Су-27 из России, наглядно продемонстрировав все риски военно-технического сотрудничества с Пекином.

- Все это можно назвать по-простому - воровством?

- Скажу иначе: создалась совершенно беспрецедентная скандальнейшая ситуация хищения по сути дела «визитной карточки» отечественного авиапрома - истребителей семейства Су-27. Безусловно, китайской стороной были здесь нарушены многие соглашения.

Ущерб - $5 миллиардов!

- Наладив производство лицензионных Су-27, Китай насыщает свои ВВС и сворачивает закупки этих машин у России. А это значит, согласитесь, что РФ больше не получит гигантских доходов от оружейного экспорта?

- Да, можно сказать, что в результате в Китай были не поставлены около 100 комплектов для сборки истребителей Су-27СК, а также до 48 готовых истребителей, о поставке которых велись переговоры. Общий ущерб - около 5 миллиардов долларов.

- Это же почти годовая выручка от всего российского оружейного экспорта!

- И все же мне кажется, что решение о продаже лицензии на производство Су-27 в КНР в конкретных исторических условиях середины 90-х годов было совершенно правильным. В тот период полного отсутствия госфинансирования это позволило сохранить потенциал ОКБ «Сухого». Именно с этим конструкторским бюро сейчас связаны надежды на сохранение российских позиций на мировом рынке не только боевой, но и гражданской авиации. 

- То есть можно сказать, что китайцы спасли от смерти ОКБ «Сухого»?

- Да, именно так, китайские и индийские заказы спасли ОКБ «Сухого» в 90-е годы. Благодаря тем контрактам КБ сохранило способность создавать новые боевые авиационные комплексы, как это наглядно демонстрирует программа истребителя Су-35 и перспективный авиакомплекс фронтовой авиации. 

- То есть за чужие деньги Россия развивала свою авиацию?

- Можно сказать и так. Сейчас в стране есть финансовые ресурсы для того, чтобы компенсировать отсутствие китайских заказов. Россия вполне может себе позволить без ущерба для стабильности бюджета закупать 12 - 15 новых истребителей в год и ремонтировать с одновременной модернизацией еще 30 - 50 машин в год. Это обеспечило бы и загрузку производственных мощностей, и поддержание потенциала ВВС до момента начала крупносерийных закупок Су-35.

ВВС России наравне с Польшей и Турцией

- А как вы в целом можете объяснить этот «феномен»: уже лет 15 «оборонка» РФ почти 95% новых самолетов гонит на экспорт, а своей армии достаются лишь крохи? Что, денег хватает только на ремонт или модернизацию машин?

- Опять же такая ситуация была объяснима в конце 90-х годов, когда основным приоритетом финансовой политики России была выплата внешних займов и обеспечение своевременных выплат бюджетникам. Но сегодня крупносерийные закупки прежде всего в области тактической авиации и для сил общего назначения ВМФ представляются совершенно необходимыми как в интересах безопасности России, так и с экономической точки зрения. Но пока мы этого не видим…

- И чем это может икнуться?

- Например, уже сегодня можно говорить об утрате превосходства российских ВВС над такими в общем второразрядными военными державами, как Польша или Турция. Все менее невероятной кажется и возможность утраты качественного военно-технического превосходства над некоторыми странами ближнего зарубежья, причем именно теми, которые проводят оголтелую антироссийскую политику. 

Теперь и шпионы не нужны

- Вместе с лицензиями на производство оружия Россия продает и свои, зачастую уникальные технологии, а то и секретные ноу-хау, за которыми денно и нощно охотится иностранная военно-промышленная разведка. Выходит, что уже и охотиться не надо - плати деньги и получай нужное на блюдечке с каемочкой?

- Полная или частичная передача технологий - это широко распространенная на мировом рынке оружия практика. И некоторые импортеры, например Индия, в принципе даже не рассматривают вопрос о покупке вооружений в авиационном и сухопутном сегменте без параллельного приобретения лицензии. Любая страна с минимальным промышленным потенциалом сейчас непременно ставит вопрос о передаче технологии и/или о частичном размещении производства на своей территории. Но уточню: это касается небольших партий оружия.

- Но ведь должны же быть какие-то ограничения! Ведь сегодняшний покупатель лицензий завтра может оказаться вероятным противником.

- Разумеется, ограничения здесь существуют - наиболее важные и сложные узлы и системы для собираемой техники обычно поставляются целиком страной-разработчиком. Как правило, не передаются коды математического обеспечения. И еще нужно понимать, что любое лицензионное соглашение представляет собой компромисс между интересами заказчика и продавца. Причем заказчика в данной форме сотрудничества привлекает именно получение технологий. Поэтому передача технологий неизбежна. В случае с Китаем риск заключается в том, что КНР - страна с достаточно развитой оборонной промышленностью, способной в ряде случаев к копированию и воспроизводству получаемой техники и технологий.

Патенты не спасут?

- Российские и украинские ученые, конструкторы, инженеры уже не однажды жаловались, что их военно-технические изобретения были банальным образом уворованы зарубежными конкурентами. Почему с помощью международных патентов «оборонщики» не могут защитить свои изобретения?

- Проблема воровства технологий и ноу-хау в оборонной сфере сейчас стоит прежде всего применительно к Китаю. Именно китайцы наиболее широко прибегают к незаконному копированию советских вооружений. У меня, конечно, нет статистики по уголовным делам по шпионажу, но, думаю, до половины из этих дел связаны с китайским, а вовсе не западным военно-техническим шпионажем. Вообще надо понимать, что современная китайская экономическая практика целиком и полностью базируется на массовом копировании изделий. Инструментом противодействия такой практике могли бы стать только двухсторонние политически обязывающие соглашения в данной области с китайской стороной. Достижение таких договоренностей (которых китайцы, по вполне понятным причинам, не хотят) потребует значительного политического и дипломатического искусства. Окажется ли это возможным - посмотрим.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

ПУХОВ Руслан Николаевич. 

Родился в городе Электросталь Московской области (1973). Окончил Московский государственный институт международных отношений, а также франко-российскую магистратуру по политическим наукам и международным отношениям. Работал сотрудником проекта по обычным вооружениям Центра политических исследований. С 1997 года - директор Центра анализа стратегий и технологий. Член президиума общественного совета при Министерстве обороны Российской Федерации. Автор ряда статей по проблемам оборонно-промышленных комплексов и торговли обычными вооружениями.

 

загрузка...
загрузка...

Политика

Антикоррупционеров обвиняют в коррупции и двойных стандартах
Антикоррупционеров обвиняют в коррупции и двойных стандартах 92

Помимо фактического признания Сергея Лещенко коррупционером, Нацагентство по предотвращению коррупции также поставило под сомнение незаангажированность директора Национального антикоррупционного бюро Артема Сытника.

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт