Гарри ГАРРИСОН: «Бориса Стругацкого я как-то спас от голода»

Гарри ГАРРИСОН: «Бориса Стругацкого я как-то спас от голода»

На фестиваль «Еврокон», который открылся в Подмосковье, Гаррисон прибыл не один, а с семейством - дочерью Мойрой и зятем Марком. Свой первый рассказ он написал в 13 лет, сейчас ему - 83, и он все еще творит. По-прежнему шумный, бурлящий энергией, легкий на подъем и обожающий розыгрыши и шутки.

«По-русски знаю: нужник, хлеб, пиво»

- Мистер Гаррисон, вы говорите то ли на семи, то ли на восьми языках, причем владеете даже эсперанто. На каком предпочтете общаться, может, на русском: кажется, ваша матушка родом из России?

- Она родилась в Риге, затем жила в Санкт-Петербурге, но потом ее семья перебралась в Америку.

- После Октябрьской революции?

- Нет, еще при царе. Ее папа был анархистом. Она была совсем маленькой, когда оказалась в Штатах, поэтому по-русски знала всего несколько слов: нужник, хлеб, пиво… (Гаррисон произносит эти слова почти без акцента.) Так что мой словарный запас невелик. В семье мы говорили по-английски. Отец мой по национальности ирландец: видите, сколько во мне разной крови намешано!

- Да вы и сами по натуре космополит: жили в Мексике, Дании, Италии, Ирландии, сейчас в вашей визитке указан английский адрес…

- Я же писатель, мне скучно сидеть на одном месте. Из США я, например, в 1956 году сбежал в Мексику, потому что в Нью-Йорке было очень шумно, грязно и дорого.

- А в Россию слабо перебраться?

- После распада СССР я побывал в родных маминых местах: в Петербурге она жила на Невском проспекте, но в России чересчур дорогая недвижимость.

«Уважаю русских ветеранов и космонавтов»

- Прежде чем насовсем уехать из США, вы успели во время Второй мировой войны отслужить в американской армии…

- И даже дослужился до сержанта. У меня есть награды, конечно, не так много, как у русских ветеранов: вот у кого настоящий геройский иконостас. Очень их уважаю. Как-то в гостях познакомился с бывшим командиром подлодки на Балтийском флоте. Выпили, как полагается, за Победу, и он мне так понравился, что я взял и отдал ему одну из своих медалей. А на ней была изображена потопленная подлодка. Он, правда, меня сначала не понял, думал, что это советская, пришлось ему объяснить, что это германская субмарина.

- Вы как-то умудрились впервые приехать в Россию в самый разгар «холодной войны», при том что вас в СССР считали чуть ли не антикоммунистом, а ваши книги печатались сначала в основном в самиздате…

- Как же, помню-помню эту поездку, кажется, это был то ли 1977-й, то ли 1978 год. Поселили меня в гигантской гостинице с названием «Космос». Первым делом меня повезли в Звездный городок знакомить с космонавтами. Серьезные, здоровые были мужики. Я все их пытал, как они могут есть из тюбиков - это же невкусно.

- Из российских фантастов с кем-то общаетесь? Сергея Лукьяненко, например, знаете?

- Не знаю. Русскую современную литературу на английский мало переводят. Мне очень нравился Ефремов. А с братьями Стругацкими я дружил. Как-то Борис приехал на конгресс писателей-фантастов в США - это была, по-моему, его первая поездка за границу. Поклонники в Америке оплатили перелет, проживание в гостинице, а про питание как-то забыли. И он, человек большой комплекции, ходил голодный. Когда я узнал об этом, пригласил на обед: мы заказали рыбу, мясо, вино. Помню, Борис все время порывался запить мясо белым вином, а я все время останавливал его по-русски: «Это же некультурно» - и подливал красненького.

«Айзека Азимова я лечил от стресса»

- Вы же близко дружили с Айзеком Азимовым, Робертом Шекли, Артуром Кларком?

- С Айзеком мы практически выросли вместе. Помню, когда он развелся сначала с первой женой, очень хорошей женщиной, а затем и со второй - похуже, то впал в депрессию. Мы пришли к нему с приятелем, налили водки и говорим: «Пей!» Айзек, который спиртного в рот не брал, долго сопротивлялся, но поддался на наши уговоры и махнул водочки. Потом благодарил за то, что избавился от стресса. Жаль, что этих замечательных людей уже больше нет в живых. Как и не осталось той научной фантастики, на которой я рос. Знаете, как мои первые рассказы попали в Европу? Я писал их в научно-фантастических журналах, частью тиража которых затыкали дыры в контейнерах с грузами, которые доставлялись в Англию. Журналы обычно выбрасывались, пока какой-то умник не решил продавать их -  по два пенса за номер.

- Не жалеете, что в Голливуде по вашим произведениям поставлен всего один фильм «Soylent Green» (по роману «Подвиньтесь! Подвиньтесь!»)? А ваш знаменитый  сериал про «Крысу из Нержавеющей стали» так и не экранизировали.

- Так получилось, но я не жалею об этом. Сейчас, кстати, идут разговоры об экранизации одной из моих вещей в России. Возможно, будет еще и мультфильм.

Беседовал Максим ЧИЖИКОВ («КП» - Москва»). 

ИЗ ДОСЬЕ «КП» 

Гарри ГАРРИСОН (настоящее имя Генри Максвелл Дэпси) родился 12 марта 1925 года в Стэмфорде, штат Коннектикут. Учился в художественной школе в Нью-Йорке. Работал художником, редактором. С 1956-го - профессиональный литератор. Автор более чем 60 романов. Самые известные из них - серии про Стальную Крысу и «Билла - героя Галактики». 

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт