Александр МЕШКОВ, Фото автора. (15 марта 2008)
Куба: не гуляйте ночью по Гаване. Часть 4

Куба: не гуляйте ночью по Гаване. Часть 4

Комментарии: 2
- Дружба дружбой, но табачок, амиго, я предпочитаю свой.
Продолжение. Начало в номерах за 4, 5 и 6 и 7 марта.

Беседы при ясной луне

Обстановка для праздника в доме Энрике была, прямо скажем, не самая подходящая. Восьмидесятилетний отец его лежал при смерти, а дочь была почти восемь лет прикована к постели параличом.

Мы решили отпраздновать встречу в ближайшем кабачке на Авенида Висенте Миньет. Я накрыл поляну. И полилась стремительным водопадом задушевная беседа. Жизнь Луиса после окончания мореходки стремительно пошла в гору. Он был молодым, перспективным специалистом, работал в порту мастером смены. Первое время поддерживал связь с нашими ребятами, даже как-то собирались вместе один раз в Гаване, но потом потерялись в закоулках жизни. Почти пять лет после возвращения из СССР Энрике катался, как сыр в масле. Зарабатывал до пятидесяти долларов в месяц. Был даже одно время партийным работником. Женился. Родил сына Ивана (Хуана). Развелся. Потом снова женился. Родил дочь Машеньку. А потом вдруг рухнула экономика, лишившись советской поддержки, и мой друг остался не у дел. Сейчас он что-то там сторожил и подторговывал сигарами. Регулярное употребление крепкого рома и курение сигар сильно деформировало его облик.

 - А что, без России вы никак? - спросил я не без некоторого сытого самодовольства.

- Вы перекрыли нам нефть, а без нефти флоту пришел конец. Практически из-за вас тысячи людей сидят на пособии, без работы. И я в том числе. Вы предали нас. И с нефтью, и когда подло вывели свои войска, и когда убрали станцию радиослежения в Лердесе. Вы просто лизнули америкосам ж...у. Братья так не поступают.

 Заметив пионерский значок с изображением Ленина у меня на груди, который я носил как некий коммунистический оберег, Энрике насмешливо спросил:

- Ты все еще веришь в него?

- А ты?

- Я - нет.

Когда-то на областном смотре художественной самодеятельности мы с ним пели песни про Ленина. Сегодня Энрике уже не был тем весельчаком и острословом. Он стал аполитичным пессимистом.

- Что теперь будет с Кубой?

- То же самое! - уверенно ответил Энрике. - Рауль еще хуже Фиделя! Он закрутит гайки. Они же - мафия и никому власть не отдадут. Что ты там пишешь? Не записывай это!!! - Он вырвал у меня записную книжку. Но мой почерк не разберет ни один шифровальщик Пентагона.

На этой улочке Гаваны Александр Мешков «инвестировал» в экономику острова 100 песо под нажимом трех аборигенов.
На этой улочке Гаваны Александр Мешков «инвестировал» в экономику острова 100 песо под нажимом трех аборигенов.


- Позволь, Энрике! Но ты ведь сам голосовал за эту власть!

 - Не будь дураком, Алехандро. Ты лучше меня знаешь, что такое коммунистические выборы! Если не проголосуешь - тебя накажут.

Энрике отчитывал меня, как мальчишку, за легкомысленную политику в отношении Кубы.

- Просрал ты Кубу, Алехандро! Теперь здесь хозяйничают китайцы, Канада, Испания, Италия, Великобритания и Франция. России нет.

Когда я уже садился в автобус, Энрике, смущенно переминаясь, сказал:

- И это.... Не надо мое фото в газете. Ладно? Мало ли что....

Если бы не товарищ Че, не видать Кубе наших «Жигулей».
Если бы не товарищ Че, не видать Кубе наших «Жигулей».

Тепла гаванская ночь

Случилось так, что я, приехав в Гавану, с утра не похлопотал о ночлеге. И поэтому я бродил по Гаване, не зная, где бросить кости на ночь. В крупных отелях - слишком дорого, мелкие забиты: февраль - самый интенсивный туристический сезон.

 - Там, за углом, есть дешевый хосталь! - показал мне пальцем вдаль парень, тискавший свою девушку в объятиях. Я торопливо шел по темному переулку к своему будущему крову. Скорее, скорее в кровать! Чу! Из темноты возникли три мужские фигуры. Их лица черные сливались с ночью. Хотел задать я стрекача. Но мой стрекач был бы очень медленным и нелепым с рюкзаком на спине. Я оглянулся по сторонам. Свернуть некуда. Три кривоногие фигуры молча и зловеще надвигались на меня. И я, обреченно поправив рюкзак, стиснув зубы, пошел навстречу, извините за некую двусмысленность, своему концу. До него оставалось всего двадцать метров...

Гоп-стоп по-кубински

- Ола! Френд! - не доходя до меня пяти метров, приветливо воскликнул один из парней, огромный, в белой майке-алкоголичке. - Канада?

- Россия! - ответил я и добавил для убедительности: - Москва!

Исполин был очень похож на нашего Николая Валуева, только был намного чернее. Я даже подумал, что это его брат.

- Россия! Перестройка! Путин! - радостно заорал он. Такая неслыханная политическая эрудиция меня потрясла. От сердца отлегло.

- Есть закурить? - спросил другой, уже менее дипломатично. Он был невысок, коренаст, хитроватым прищуром и страстью к экспроприации похож на Ленина, только кудряв, смугл до синевы.

- Да! Конечно! - Я с радостью угостил парней сигаретами «Голливуд».

- Сигары нужны? Настоящие, кубинские. Вот он (Валуев указал на Ленина) с фабрики их тырит. Настоящие!

- Нет, спасибо, - вежливо отказался я.

- А канабис? Кокс? Девочки. Очень красивые. Всего десять песо.

- Я очень хочу спать, - сказал я.

Уяснив, что как покупатель я не представляю собой ценности, они сменили торговую концепцию наших экономических взаимоотношений на инвестиционную.

- А нет ли у вас десяти песо? - спросил третий, комплекцией и длинным носом похожий на гламурного подонка Павла Волю, только тоже черного. - Взаймы, - уточнил он.

- Конечно, есть! - радостно воскликнул я. Ведь если бы брат Валуева провел бы мне джеб, то мне бы вообще ничего не осталось. Я, стыдливо отвернувшись, стал искать в кошельке купюру в десять песо среди стопесовиков. Криминальное трио выжидающе смотрело на меня. В напряжении я затылком ожидал удара. Как назло, в кошельке была только одна мелкая купюра - пять песо. И еще какая-то мелочь. Я протянул дань лже-Валуеву.

- Это все? - разочарованно спросил он. Я вздохнул и нехотя протянул ему сотню. В конце концов должен же и я что-то инвестировать в кубинскую экономику.

- О! Спасибо, френд! Вива Руссия! - удовлетворенно пряча стольник в задний карман штанов, сказал брат Валуева. Потом что-то сказал своим парням, отчего все дружно рассмеялись, как если бы я пукнул (А, может, так и было? Не помню!).

- А джинсов у тебя нет? - спросил гламурый подонок, пристально разглядывая мои шорты.

- Только эти, на мне, - поспешно сказал я. Одобрительно похлопав меня по плечу, парни с достоинством и с моими деньгами удалились, оживленно обсуждая, как эффективнее распределить профицит бюджета. А я облегченно вздохнул. Неделимая целостность моего лица стоила мне сегодня всего лишь ста песо. Думаю, в Бутове подобная встреча обошлась бы мне значительно дороже.


Александр Мешков ждет ваших откликов на сайте

загрузка...
загрузка...

Политика

Экономика

Светская хроника и ТВ

Спорт

работа Днепропетровск электрикна синоптикефильм Только представь