В армии Олега лечили от ветрянки и ОРЗ, а у него развивался лейкоз

В армии Олега лечили от ветрянки и ОРЗ, а у него развивался лейкоз

Комментарии: 21
Таким Олег был до армии. Он хотел служить во внутренних войсках, поэтому сфотографировался в форме спецназовца.

За все время нашего разговора Олег Москаленко ни разу не улыбнулся. Лицо - будто застывшая маска. До улыбок ли, когда чудом выкарабкался из лап смерти и в 24 года стал инвалидом. А все могло быть не так страшно, если бы ему просто исследовали кровь. 

МОГ ОТКАЗАТЬСЯ, НО ЗАХОТЕЛ СЛУЖИТЬ

Людмилу Яценко Олег называет мамой, хотя по документам она опекун. Родная мать парня - инвалид с детства. Сестра взяла над ней опеку, а заодно - и над племянником. В доме Яценко Олег рос и воспитывался как родной. После школы получил профессию электромонтажника, а потом решил пойти в армию.

- Мы пытались отговорить, но сын стоял на своем, - вспоминает  Людмила Яценко. - Олежек имел полное право отказаться от службы - его мама инвалид, а он у нее единственный сын. Но в нашей семье судьба многих мужчин связана с армией, и Олег тоже захотел служить. 

Олег признается, что хотел попасть во внутренние войска при МВД, но подвела травма глаза, которую он получил в детстве.

- Я попросила, чтобы сына распределили поближе к Белой Церкви - мы живем в селе рядом с этим райцентром в Киевской области, - продолжает Людмила Яценко. - В призывном пункте мне пошли навстречу. Олега отправили в зенитно-ракетную часть, которая в Белой Церкви базируется. Он у меня здоровым был. Не пил, не курил, занимался рукопашным боем. Отправила сына в армию - крепкого, как дубок. А вернулся ко мне инвалидом…

ДОТЯНУТЬ ДО ДЕМБЕЛЯ 

В армию Олег ушел в мае 2009 года. Вспоминает, что постоянно хотелось есть - даже мамины передачи не выручали, а осенью стали донимать вечно мокрая обувь и одежда. С этим, конечно, можно было мириться, понятно, что армия - не детский лагерь и тем более не санаторий. Последнее командиры ставили на вид, когда парень стал жаловаться на здоровье. В декабре Олег попал в госпиталь - с ветряной оспой. 

- В больнице сына продержали всего восемь дней, хотя только профилактические мероприятия при таком диагнозе должны продолжаться больше. Я медсестра с 25-летним стажем, поэтому отвечаю за свои слова, - продолжает Людмила. -  И речь шла не о ребенке, который переносит ветрянку легко, а о взрослом человеке. Сына должны были тщательно обследовать, как и других ребят с таким диагнозом. Но этого не сделали. Только анализ крови из пальца взяли. Хотя для неравнодушного врача и он мог послужить сигналом тревоги. 

- Когда вернулся в часть, я стал ощущать, что с каждым днем теряю силы, - вспоминает Олег. - Мучила слабость, головные боли. Если раньше лежа спокойно выжимал 100-килограммовую штангу, то теперь удавалось осилить только 80 килограмм. А через месяц после выписки температура подскочила до 39 градусов. 

Второй раз у парня диагностировали ОРЗ и тонзилит. Лечили тоже не больше недели - сбили температуру и отпустили в часть. Хотя Олег говорит, что его продолжал мучить кашель, начались носовые кровотечения, сильно напухли лимфоузлы. Но до дембеля дотянул. Мама только руками всплеснула, когда увидела, каким Олег пришел худым и бледным. 

После курса химиотерапии. 

ЛЕЧИЛИ ПО ОБЩЕПРИНЯТЫМ СХЕМАМ

Олег закончил службу в армии 30 апреля 2010-го. Медицинская характеристика (копии документов есть в распоряжении редакции) свидетельствовала, что его организм в абсолютной норме. А всего через полтора месяца врачи Киевского областного онкодиспансера оценили его шансы на жизнь как 50 на 50…

Людмила день и ночь проводила у кровати сына - и за сестру, и за санитарку, и за сиделку. Благо на то время она была на пенсии по выслуге лет. Борьба за жизнь длилась год. Шесть месяцев Олег провел в закрытом боксе, шесть месяцев выходил подышать воздухом в марлевой повязке. Мощный курс химиотерапии дважды загонял парня в реанимацию - развивался анафилактический шок. Слава Богу, здоровая печень не подвела - выдержала "химическую атаку".

- Не поверю, что сын заболел после армии, - говорит Людмила. - Если не в первую госпитализацию, то во вторую врачи должны были понять, что у него не просто ОРЗ, а нечто более сложное, и обследовать. Если бы болезнь обнаружили на ранней стадии, бороться с ней было бы легче. А сейчас Олег с 80-процентной потерей трудоспособности.     

Людмила добилась, чтобы в документах сына была строка о том, что заболевание связано с прохождением воинской службы. Но не хочет на этом останавливаться.

- Я хочу добиться истины, чтобы было расследование: почему сына не обследовали, почему военные врачи назвали его здоровым!

В военную прокуратуру Белоцерковского гарнизона Людмила написала заявление с требованием возбудить уголовное дело.

Но все пошло по привычному пути.

- Заявление прокуратура отправила в зональную комендатуру с указанием рассмотреть его как обычное обращение граждан, а не как заявление о преступлении, - говорит адвокат Дмитрий Божок. - Это нарушение уголовно-процессуального законодательства. В ответе сухо сообщалось, что связи между лечением Москаленко во время воинской службы и заболеванием лейкозом не обнаружено. Еще в письме из комендатуры есть фраза "Лечение проводилось согласно общепринятым схемам". А ведь именно эти схемы, за рамки которых медики не хотели выходить, и сломали жизнь молодого парня.  

Сейчас у парня инвалидность с 80-процентной потерей трудоспособности.

Фото автора и из личного архива Москаленко. 

ОФИЦИАЛЬНО

"Изложенные факты будут изучать"

 "Комсомолка" помогла матери Олега встретиться с военным прокурором Центрального региона Николаем Голомшей. Вот что рассказали нам по результатам этой встречи в пресс-центре ведомства:

- Реакция прокуратуры Белоцерковского гарнизона на заявление Людмилы Яценко признана негативной. Принято решение рассмотреть заявление в порядке ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса (речь идет о вероятности возбуждения уголовного дела. - Прим. ред.). Сейчас создана группа из специалистов аппарата Военной прокуратуры Центрального региона для всестороннего изучения изложенных матерью солдата фактов. 

КОМПЕТЕНТНО

"Это не только частная беда, это проблема всей нашей медицины"

- Заболевание, которое диагностировали у Олега, опасно тем, что имеет длительный латентный период, - говорит профессор, врач-гематолог Ирина Дягель. - Когда проявляются симптомы острого лейкоза (а по выписным эпикризам из онкодиспансера у Олега это случилось в марте, когда он был в армии. - Прим. ред.), они, к сожалению, совпадают с симптомами многих инфекционных заболеваний. Врачи должны были сделать общий анализ крови, направить юношу на консультацию к гематологу. Но это уже вскрывает общую очень серьезную проблему всей нашей медицины. В больницах, как гражданских, так и военных, профильные медики - терапевты, инфекционисты, хирурги не знают, как дает о себе знать лейкоз. Поэтому врачи диагностируют ОРЗ или грипп и не направляют пациентов на углубленное обследование. Таким образом время, которое могло бы спасти человека, бывает упущено. В любом случае, если состояние пациента не совсем понятно, врачи обязаны сделать ему полное обследование, включая обязательный развернутый анализ крови.  

загрузка...
загрузка...

Политика

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт