Сегодня 28 февраля +4°C
Ольга МУСАФИРОВА, Фото Максима Люкова, автора и из архива «КП». (12 февраля 2009)
Афганский излом

Афганский излом

Комментарии: 6
На «броню» многие из них пересели прямо со студенческой скамьи. Сержант Томенко - крайний справа.

Вице-спикер Рады Николай ТОМЕНКО: «Я снял политическую риторику и просто помогаю нашим…»

Он шутит, прихлебывая чай: «Награда не нашла героя!» Представление на медаль «За отвагу» в восемьдесят четвертом улетело из полка по инстанциям и не вернулось. Зато из Афганистана вернулся сам сержант Томенко - не убитым, не раненым. Только более жестким и категоричным, чем здешние двадцатилетние ровесники.

Родина встречала «сухим законом», штабистами, которые проверяли дембельские «дипломаты» на предмет обнаружения крамолы - вроде рубашек с символикой армии США: «Прибарахлились за границей? Идеологическую диверсию устраиваете?»

А еще страна встречала предчувствием перемен. Сержант их ждал с нетерпением.

«ЭТО СТАЛО ПОСЛЕДНЕЙ КАПЛЕЙ» 

- Афганская война стала последней войной, в которой участвовал СССР. Спустя короткое время после нее распался Союз. События связаны между собой?

- В значительной мере. Война способствовала, мягко говоря, демократизации, а жестко - конфликту в недрах КПСС между старшим и младшим поколениями. Для «обновленных коммунистов» в перестройку вообще оказался очень важным тезис-требование: немедленно вывести войска! Они назвали виновных, руководство Компартии и Советского Союза - одних и тех же людей, по сути.

Украинская независимость тоже состоялась на двух темах. Первая: мы слишком сильно дотируем Союз, а могли бы без него жить лучше. Вторая: армейская служба за пределами своей державы, особенно в горячих точках, не нужна. Парадокс: афганцев старались использовать как противовес таким настроениям, в поддержку СССР, но получилось наоборот. Афганистан оказался последней каплей.

- Николай, как сейчас объяснить двадцатилетним, рожденным после войны, что произошло на самом деле? Официальная пропаганда в восьмидесятые годы не сомневалась: мы выполняли интернациональный долг по просьбе демократического правительства в Кабуле. И вообще охраняли южные границы родины за ее пределами. Иначе туда бы нагрянули американцы со своим натовским долгом!

- Я тоже старался разобраться. Я ведь после первого курса исторического факультета попал в Афган…

- Исключили из Киевского университета? Перевелся на вечернее?

(Смеется.) - Нет! Наверное, исследователи этой кампании должны дать ответ: почему в восемьдесят третьем из Украины забирали студентов вузов, где есть военная кафедра? Со мной оказались ребята из КПИ, из сельхозакадемии. Возможно, существовало распоряжение - усилить славянскую составляющую. Ну и более-менее образованную публику поставить под ружье.

- «Закосить» не пытался?

- Мое поколение в абсолютном большинстве считало: добыть «белый билет» - опозориться навеки. Как в старые времена табу, стыдные вещи для женщин существовали, так и здесь. Не мужик - и все! Методистка на кафедре отозвала в сторонку: «Коль, не переживай! Ты грамотно пишешь и вообще умный, будешь в штабе Киевского военного округа служить, уже договорено…» А я - возмущенно: «Куда пошлют - туда и поеду!» Тоже идеология поколения. Ну кто я был, что мог? Школу закончил, спортом занимался. А тут армия, средство самовыражения… Хотя вместо тридцати человек с курса, которым предложили «самовыразиться», надели сапоги только девять. А в спецнабор попал один я. Сдал досрочно сессию… 

Николай Томенко: - Вот так, шаг за шагом, приходило понимание: украинские парни должны служить на родине!

Николай Томенко: - Вот так, шаг за шагом, приходило понимание: украинские парни должны служить на родине!

«НЕБОЕВЫХ ПОТЕРЬ ОКАЗАЛОСЬ БОЛЬШЕ»

- И стал на личном опыте постигать, в чем состоит миссия воина-интернационалиста?

- Да, еще в Ашхабаде, в учебке, там лето и половину осени провели. Тех, кто хватал тепловые удары, отсеяли. Ну, физически мне не особо трудно пришлось: жилистый, идеально подходил для горной местности, кроссы бегал с двумя автоматами - своим и друга, помогал. Но зачем отправляют в чужую страну, почему ислам - опасное явление, из лекций так и не понял. Уже в Афганистане завел блокнот, куда записывал слова: «бача» - мальчик, «шурави» - советский.  Пытался с мальчишками общаться, которые крутились возле нашего поста. Ведь взрослые относились настороженно… Они точно на помощь «шурави» не звали.

Офицеры, которые там уже достаточно времени провели, понимали, насколько наивно выглядят попытки узнать истину. Особенно по части «…иначе Афганистан поработят американцы». До того здесь англичане хозяйничали, за три войны не смогли страну завоевать. Просто большая геополитическая игра шла! Кровавая…

Возможно, как раз знакомства с детворой стали залогом дружбы с соседними кишлаками. Я как сержант свой долг осознал и ребят убедил: надо, чтоб мирное население не страдало. Оно фактически стало заложником душманов в гражданской войне. Чтоб никто из наших не перепил, не обкурился, не открыл пальбу «на всякий случай». И стараться, чтоб все вернулись домой живыми. 

- Живыми… Для матерей действительно ничего важнее на свете нет.

- Командир роты иногда просил зафиксировать отчетность. Я в детстве мечтал секретным агентом стать, натренировался читать бумаги, которые даже далеко от меня на столе находятся. И вот прочел документ: в восемьдесят четвертом в моем батальоне небоевых потерь оказалось больше, чем боевых.

Издевались над пареньком из Узбекистана. На посту - четыре человека, узбек вечно дежурит, а остальные в палатке либо спят, либо пьянствуют. Он не выдержал и бросил за полог гранату Ф-1… Другого солдата БТР переехал - не заметил. Еще трагическая история. Два парня только прибыли. Первый заступил на пост, второй дежурит на кухне, оба с оружием, как положено по уставу. Тот, что на кухне, понес мусор и не предупредил, что идет за территорию. А часовой тоже проморгал. И снайперским выстрелом снял подозрительного человека с автоматом, который показался из ущелья…

Существовало правило: не сообщать родителям об обстоятельствах гибели сыновей. Сидели с командиром роты, думали, как отцу с матерью сказать правду. Значит, только «проявляя мужество и героизм». Был непрерывный шок, поскольку происходящее не отвечало моим представлениям о «непобедимой» армии.

«ТОЛЬКО СЕЙЧАС ОТДЕЛИЛ ВОЙНУ ОТ СОЛДАТА» 

- После Афганистана появилась формулировка - «надо отделить войну от солдата». У кандидата исторических наук, украинского политика Николая Томенко получилось отделить войну от юного сержанта Коли Томенко?

(После паузы). - Получилось недавно. В девяностых годах я в непростой ситуации находился. Потому что, наверное, первый в Украине решился сказать: мы там были добрыми, но оккупантами. Абсолютное большинство афганцев не согласилось. Ни в одном из их союзов не состоял и не состою. На встречи хожу раз в году, 15 февраля. Хоть без ложной скромности замечу - сейчас из областных и районных организаций обращаются: «Возглавь организацию! Поддержим!» Я снял политическую риторику. И просто помогаю людям, которые прошли непростой путь, особенно инвалидам. Опекаю специализированный госпиталь «афганцев» в Пуще «Лесная поляна».

- Думаю, ваши отношения с Сергеем Червонописким, который давно стал трагическим и героическим символом тех дней, дружескими не назовешь…

- Мы долго были идейными оппонентами. «Афганцев» вели за собой то коммунисты, то блок «За Единую Украину!», то социалисты. Многое обещали. Часто обманывали.

Символическую вещь открою, наверное. В этом году мы с Червонописким объединились - на уровне человеческого понимания. Сергей и его команда уменьшили партизацию и политизацию. Я тоже изменился. Раньше относился критически к такой риторике, что держава должна днем и ночью заниматься проблемами «афганцев». Помогать надо всем, кто требует помощи! Но сейчас убедил парламент принять законопроект, который Сергей Червонопиский и Юрий Зубко зарегистрировали года три назад, еще депутатами Рады. Закон касается социальной защиты вдов тех участников боевых действий, что погибли или позже скончались от ран. Их статус сравнялся со вдовами участников Великой Отечественной. Стремлюсь, чтоб закон подписали и президент, и премьер. Спустя двадцать лет после вывода войск из Афганистана мы впервые с Червонописким заняли общую позицию…

ПАМЯТЬ

За время войны в Афганистане в боевых действиях приняли участие 160 375 наших соотечественников. Погибли, умерли от ран и болезней 3280 человек. Пропали без вести или попали в плен 80 человек.

Без сыновей остались 2729 украинских матерей, без мужей ныне - 505 вдов, осиротели 711 детей.

Ранеными вернулись более 8 тысяч украинцев, 5 тысяч из них остались инвалидами. Сейчас инвалидность имеет каждый пятый «афганец». 

ИЗ ПЕРВЫХ УСТ 

Генерал-майор Сергей ЧЕРВОНОПИСКИЙ: «Ничего, не в первый раз подниматься на ноги!»

Сергей Червонопиский: - Государству нет дела до тех, кто выполнял долг?

Сергей Червонопиский: - Государству нет дела до тех, кто выполнял долг?

Весной 2000 года он побывал в Пешаваре. Совсем неподалеку от границы с Афганом. Впервые за время, которое страшным ранением разорвало его жизнь на «до» и «после». Визит сопровождал сначала ажиотаж среди местной прессы. Не враг, а человек, что выполнял здесь воинский долг, заслуживал уважения. А протезы, на которых он передвигался, вызвали почтение пробы высшей, чем ордена. Эти наблюдения потрясли Червонопиского, председателя Украинского Союза ветеранов Афганистана, давно привыкшего к тому, что дома на подобное не реагируют.

ДАЖЕ НА МОГИЛАХ НЕ ДАВАЛИ ПИСАТЬ ПРАВДУ 

- Сергей Васильевич, как поступать? В подземном переходе - группа  в камуфляже, с медалями. Поют о том, как «горы стреляют, стингер взлетает». На вид мужчинам чуть за тридцать. У одного нет ноги, пустая брючина подколота вверху, лицо другого обожжено… Невозможно пройти мимо, не оставив хоть гривну. Но не покидает ощущение: они - обманщики, которые присвоили чужой образ.

- Эти - точно не «афганцы». Из центра Киева мы таких убрали. Просто предлагали показать документы, за что и где получены боевые награды. Самым юным из наших уже исполнилось сорок лет. В столице, по крайней мере всех, кто воевал и стал инвалидом, мы обеспечили протезами и транспортом. Подаяния не просим ни у людей, ни у государства. А как поступать… У Конфуция - нормально, генерал философа вспомнил? (Смеется.) - есть совет: за добро нужно платить добром, за зло - отвечать по справедливости. То есть каждый решает сам. Но разве песни о мужестве - зло?

Червонопискому двадцать прошедших лет добавили столько чужой боли, что он стал чувствовать ее гораздо сильнее собственной. Впрочем, раньше те, кто быть героем не рискнул, а казаться - хотел, встречались чаще. Да что там: даже знамя Всесоюзной комсомольской организации, приветствуя предпоследний съезд КПСС, в зал вносил липовый воин-интернационалист.

- Парень-харьковчанин вернулся из армии, служил где-то в районе кухни. А до того занимался в историческом кружке. Взял там муляжи орденов - Красного Знамени, Ленина, надел как собственные. Поверили! Хотя когда дошло до поездки в Москву, струсил, приступ почечной колики сымитировал. Кремлевские врачи бросились его спасать. Вывели-таки со знаменем под овации… Уже потом военкомат раскопал подлог.

Но мода на «афганцев» держалась недолго. Ведь не фронтовики же подобно солдатам Великой Отечественной! Им советовали адаптироваться к мирной жизни. Простить Родину за то, что долго не давала писать правду на могилах вместо обтекаемого «Трагически погиб». И не совать обществу под нос раны и увечья. Потом пошли намеки: «афганцы» - питательная среда криминалитета, умеют только убивать. Общество с опаской отодвинулось еще дальше.

ЕГО ВОЙНА СТАЛА ОТЕЧЕСТВЕННОЙ 

У Червонопиского сухо блестят глаза, когда вспоминает, как в восьмидесятом ехал из «спецкомандировки» в отпуск домой, в Черкассы. Молодой, сильный, с лейтенантскими погонами, еще на своих двоих.

- Весь автобус терроризировал: «Знаешь, как пацаны в обрубки превращаются? Как в БТРах горят? Давай расскажу!» Водитель остановился, открыл дверь. «Парень, выходи. Не цепляйся к пассажирам. Они не виноваты».

Сколько раз еще ему пришлось услышать эту фразу! Сколько раз - подавить желание «задраить люк» наружу и остаться только с «афганцами» - им до сих пор уютней лишь в собственном кругу! Посттравматический синдром войны не снимали ни водка, ни домашние хлопоты у тех, кому повезло, ни работа, ни политика. В последние несколько лет количество смертей стало вообще невероятным. Возраст «за сорок» оказался роковым для здоровья, покалеченного в юности, и подорванной психики.

- Ребята в городских, районных организациях Союза ветеранов Афганистана - как похоронная команда. В Житомире, например, в три раза больше умерло после войны, чем погибло на ней. А семьи двойной удар получают. Лишаются кормильца и сразу же - льгот. Инвалиду уходить на тот свет чуть легче. По крайней мере без терзаний, что у жены и детей отберут его копейки.

Сейчас, за пределами Рады, Сергей Червонопиский имеет меньше возможностей влиять на принятие законов, способных защитить эту, как привыкли выражаться, очень уязвимую категорию населения. Но время, которое лечит остальных, в данном случае убивает. Неужели государство еще продлит паузу, чтобы проблема исчезла вместе с людьми?

- Ничего, не в первый раз подниматься на ноги! - обещает генерал-майор, тяжело опираясь о стол. Теперь он воюет еще и за жен, вдов, детей и стариков-родителей украинских «афганцев». И это, по сути, его отечественная война.  

ОСОБЫЙ СЛУЧАЙ

Адаятулла и Насратулла 

Валентин Дубина-Адаятулла тяжело шел к возвращению.

Валентин Дубина-Адаятулла тяжело шел к возвращению.

Два украинских парня попали в плен, приняли ислам, но потом их судьбы сложились по-разному. 

ВАЛЕНТИНА СПАСЛА МАТЕРИНСКАЯ ЛЮБОВЬ

Майским вечером 1996 года в центре Москвы заблудились два человека. С бородами, смуглые, похоже, с Востока. Они сроду не видели метро, а спрашивать боялись - не только из-за акцента. Прием в Кремле закончился, телевидение уехало. Россиян, таких же военнопленных, забрали родители. А Николая Выродова и Валентина Дубину собирались сопроводить к самолету на Киев. Но представитель посольства Украины просто сунул билеты в руки. Если у душманов не пропали, так до «неньки» доберетесь!

Конечно, у пограничников возникли вопросы… Николай с Валентином дали знать о себе лишь на следующий день. И увидели-таки после долгой разлуки родные Харьков и село Сурско-Михайловка на Днепропетровщине. Встречающих поразило отсутствие счастья на лицах земляков, которых теперь звали Насратулла и Адаятулла…

Николай Выродов попал в плен в 1982-м двадцатилетним. Валентин Дубина - в 1987-м, ему исполнилось девятнадцать. Пошел к арыку за водой - очнулся у моджахедов… Оба решили: на них навеки клеймо предателей. Лишь после того как президент Леонид Кучма издал указ об амнистии, рискнули выйти на связь с представителями комитета по делам воинов-интернационалистов. Хотя оба давно «вписались» в афганскую жизнь и приняли ислам.

О том, как мама Валика, Мария Федосеевна, настойчиво искала без вести пропавшего сына, а нашла нелюдимого Адаятуллу, написала в ту пору «Комсомолка». Материнская любовь продолжала и дальше творить чудо. А потом ей на помощь пришла еще одна любовь. Студентка-медик Света была моложе «афганца» на целый плен. На церковном венчании настоял Валентин. Мечети в селе нет, Аллах - тот же Бог, важна не религия, а вера, да и близким радость!

В семье сейчас подрастает дочка. От прошлого у Валентина Дубины осталась лишь наколка на запястье «ДРА» - «Демократическая Республика Афганистан».

НИКОЛАЯ ПОГУБИЛА ЧУЖБИНА

У Николая Выродова все сложилась иначе - рассказала британская «The Daily Telegraph». В Харькове он провел полгода и заключил: судьбу Насратуллы, как реку, вспять не повернуть.

Николай рвался в Афган добровольцем. «Либо стану Героем Советского Союза, либо не жди», - сказал на прощание отцу. И дезертировал спустя три месяца. Как пишет газета, после того как стал свидетелем расстрела горной деревни Калигаи. Николай избегал деталей, которых требовал дотошный журналист: сражался ли специалист по подрывному делу Выродов против своих? Хотя службу в личной охране премьер-министра Хекматиара он не отрицал. И саманный дом, полученный в награду за преданность исламу, - тоже. Впрочем, после падения талибана новая власть отобрала эту ценность.

В последнее время многодетная семья Насратуллы жила на грани бедности. Хозяин пил, не ладил с женой-афганкой. И в феврале 2007 года советник уполномоченного Верховной Рады по правам человека ветеран войны Валерий Аблазов получил известие: бывший пленный Выродов умер при невыясненных обстоятельствах. То ли супруга подсунула яд, то ли торговцы лазуритами, с которыми пытался наладить бизнес, свели счеты… 

загрузка...
загрузка...

Политика

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт