Светлана ХРУСТАЛЕВА, Фото Генриетты ПЕРЬЯН. (13 мая 2008)

Как свитер с надписью «Вознесенский» попал в «Нью-Йорк таймс»

ИЗ ДОСЬЕ «КП»
 
Андрей Вознесенский. Родился в Москве в семье гидроинженера. В 1957 году окончил Московский архитектурный институт. Его стихи в 60-е запрещали в СССР, самого поэта травили в официальной прессе. Но его книги продавались из-под полы. «Антимиры» в 1965-м легли в основу спектакля Театра на Таганке. Поэма «Юнона» и «Авось» на музыку Рыбникова до сих пор не сходит со сцены «Ленкома».
 
Весь апрель и май Андрей Вознесенский вместе с женой Зоей Богуславской провели за границей. Поправляли здоровье, отдыхали от столичной суеты. И только за несколько дней до юбилея поэта вернулись в Москву.
 
- Зоя Борисовна, какие теплые слова вы бы сказали о муже?
 
- Он ослепительный человек. Добрый, восхищенный, умеющий мчаться навстречу событиям. Это поэт, который пропускал через свои нервные клетки все, что происходило с нами последние четыре десятилетия.
 
- Мы знаем, что в последнее время Андрей Андреевич себя не очень хорошо чувствует.
 
- Вознесенский в своей жизни много чего перенес. Он трижды попадал в ситуации, я бы сказала, катастрофические.
 
Первая - во время встречи Никиты Хрущева с интеллигенцией. Вознесенский взял слово с трибуны, а Хрущев стал обвинять его в «антисоветчине» и кричал, чтобы он завтра же уезжал из страны. Андрей держался мужественно и повторял только одно: «Дайте мне договорить».
 
Второй случай - авария. Такси выбросило в кювет. Андрея извлекали из покореженного автомобиля. С сильным сотрясением мозга он должен был лежать месяц. Но уже через пару дней сбежал в редакцию.
 
А третья катастрофа случилась в Переделкине на даче. Андрей в шесть утра гулял, и вдруг на него напала стая собак. На нем было 36 укусов!
 
Сегодня у Андрея сильно нарушены равновесие и речь. Но он по-прежнему пишет стихи.


 

Давняя знакомая поэта - кинооператор волгоградского телевидения Генриетта Перьян, которая много лет документировала его жизнь. Она предоставила «КП» уникальные фотографии Вознесенского и прокомментировала их.
Давняя знакомая поэта - кинооператор волгоградского телевидения Генриетта Перьян, которая много лет документировала его жизнь. Она предоставила «КП» уникальные фотографии Вознесенского и прокомментировала их.
 
Генриетта Перьян и Андрей Вознесенский, январь 1974 года, гримуборная Московской консерватории.
 
«Этот свитер мне связала одна из лучших вязальщиц Волгограда. А как идея возникла? Я побывала в Ленинграде на представлении «Поэтория» на стихи Андрея Вознесенского и музыку Родиона Щедрина. Под впечатлением я решила связать свитер, посвященный Вознесенскому. Пряжу в то время трудно было достать, и я специально отстояла несколько часов очередь за цветной шерстью в «Детском мире». В Волгограде нашла ассистента режиссера на местном телевидении Любу, которая вязала уникальные вещи. Рассказала ей свою задумку. Узор-то я сама придумала. Все было вышито английскими буквами. На рукаве - Вознесенский, снизу спереди - объемный рисунок обложки книги «Ахиллесово сердце», на спине - «Антимиры».
 
Сначала я повезла этот свитер в Переделкино показать Вознесенскому. Он труд мастерицы волгоградской оценил так - подписал ей свою книгу «Любе международного класса». А мне сказал:
 
- Придешь в нем на «Поэторию»?
 
- Конечно.
 
Мое появление в этом свитере на представлении «Поэтории» в Москве в Большом зале Консерватории имени Чайковского произвело фурор. В антракте я встала у лестницы, смотрю, идет документалист Роман Кармен с женой-красавицей и смотрят в мою сторону. Потом из зала появляются Зоя Богуславская с Майей Плисецкой под ручку.
 
- Да вот она, - говорит Зоя и показывает на меня.
 
Позже Александра Пахмутова, моя землячка, рассказала мне, что в партере все обсуждали мой свитер. А чуть позже в «Нью-Йорк таймсе» вышел отчет о представлении, где корреспондент описал мой свитер».


 

 
Андрей Вознесенский, Театр на Таганке.
 
«Это был 200-й, юбилейный спектакль «Антимиры». После представления актеры сели сбоку, а Вознесенский читал новые стихи. Были Владимир Высоцкий, Борис Хмельницкий, Валерий Золотухин, Тая Додина. Тая - яркая симпатичная блондиночка. Производила на мужчин неизгладимое впечатление. Андрей Вознесенский в ее честь в кабинете у Любимова на стене написал стихотворение: «Все богини - как поганки перед бабами с Таганки».
 
В тот вечер я тайком пронесла на спектакль радийный диктофон. На меня «настучал» один актер и меня вывели из зала, отняли «репортер», пленку забрали в КГБ. Но запись потом подпольно растиражировалась и гуляла по Москве».


 

 
Андрей Вознесенский с женой Зоей Богуславской у себя в квартире в высотке на Котельнической набережной. Конец 60-х.
 
«Вознесенский был в очень хорошем настроении. Он только вернулся из Новосибирска - отсиживался в Научном городке, скрываясь от гонений властей. Напряжение уже в этот период спало, наступило расслабление. Поэт много общался с друзьями, по которым соскучился. Хулиганил, как ребенок. Вот и на этом снимке он шутит - делает вид, что играет на гитаре, хотя никогда на ней играть не умел».
 
«Комсомолка» публикует стихотворение «Архитектор», написанное в последнее время.
 
Архитектор
 
Вступление
 
Глобальное потепление
Хрюкает над головой
Семидесятипятилетие
Стоит за моею спиной.
 
Я хрупкие ваши камеи
Спасу, собой заслоняя.
Двадцатого века каменья
Летят до вас сквозь меня.
 
Туда и обратно люди
Летят точно дуга вольтовая
Стреляющий в Джона Кеннеди
Убил Старовойтову.
Стреляющий в Джона Леннона
Убил Владимира Ленина
 
Магнитофонной традиции
Смешны экстрадиции
Спасибо за вивисекции
Нельзя, говорят, узнать
Прежнего Вознесенского
В Вознесенском – 75
 
Нет Лермонтова без Далрьяла
В зобу от пули першит
Стою меж веков – дырявый.
Мешающий целиться щит
 
Госпремия съела Нобеля
Не успели меня распять
Остался шикарным шнобелем
Вознесенский – 75
 
К чему умиляться сдуру?
Гадать, их чего был крест
Есть в новой архитектуре
Архитектор и архитекст.
 
***
 
Люблю мировые сплетни
В семидесятипятилетие
Люблю про себя читать
Отечественную печать
Но больше всех мне потрафила
Недавняя фотография
Ее снял, наверно, Харон
Главное, квинтессенция -
В подписи: Вознесенский
В день собственных похорон.
Газета шлет извинения,
А «Караван историй»
Печатает измышления
Как в Риге или в Эстонии
Я без стеснения всякого
У публики на виду
Имел молодую актрису
Как падающую звезду
Все это не элегантно
Я отвергаю месть
Публикаторы - аллигаторы,
Но их дети хочут есть
 
Спасибо за «встречи» с Хрущевым
За критические затрещины
Пришла Воскресеньем прощенным
Сменившая имя женщина
Спасибо, что век нас принял
Спасибо, что миновал
Что я отыскал твое имя
и переименовал
Ведь имя – не просто хреновина
А женщина – это земля
Тобою переименована
Значит – навеки твоя
Актрисы из дома Хонжонкина –
Заложницы имени
Не только жены художника,
а им любимые
Все это носится в воздухе,
А Афанасий Фет,
Сирень окрестивший «гвоздиком»,
Стал первый ее поэт.
 
На все была воля Божья:
Вознесенский 75
И так свою жизнь и прожил
Родившийся, чтоб понять
Зачем в этот мир незасраный
Продуктами телесистем
Мы, люди, посланы-засланы
Когда и зачем.
 
Поэты чужды гордыне
Для них года – ерунда
Были б стихи молодые
Значит, муза была молода.
А может травы масс-медиа
Хвалимый со всех сторон
Быть может, я стал свидетелем
Собственных похорон?
Прорвавшийся без билетика
и слушавший нас сейчас
75-летними
хотел бы представить вас
Скажу очень простое
Как секс у Бордо Брижит
За что ожидать жизнь не стоит
И попросту стоит жить
Умрут живые легенды
Скажу я, оставив спесь,
Есть русская интеллигенция!
Есть!
 
Я не был только протестом
Протест мой звучал как тест
Я был твоим архитектором
Пора возвращаться в Текст
загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Светская хроника и ТВ

Спорт

вакансия продажи рекламы