Анна ПУПЧЕНКО, Мария РУДЫХ («КП» - Санкт-Петербург») (16 апреля 2007)
Илья Олейников стал «героем Афганистана»

Илья Олейников стал «героем Афганистана»

Назвал ее он «Жизнь как песТня, или Все через Жё». «КП» публикует отрывок из книги Ильи Олейникова, которая выйдет в издательстве «Астрель-СПб» в мае 2007 года.

...Когда один мой знакомый, человек с большим уголовным прошлым, узнал, что я лечу на гастроли в Афганистан, он по секрету сообщил, что туда «надо везти две весчи, всего две! Водки и виски для наших, шампанское и слесарные инструменты для ихних». Конец цитаты. С водкой и шампанским проблем не было. Эту продукцию я достал сразу. Как ни странно, не было проблем и с виски. Его ни с того ни с сего забросили в близлежащий универсам. Это можно было квалифицировать исключительно как чудо, так как виски ни до того, ни после в нашем универсаме больше не появлялось. Никогда.

Что касается слесарных инструментов, то с ними тоже проблем не было. Я купил их двадцать наборов. На всякий случай. Запас карман не тянет. Собрав все это богатство воедино, я понял, что экипирован по высшему классу, и испытал от этого факта большое моральное и физическое удовлетворение. Правда, в аэропорту мое удовлетворение несколько снизило потенцию и дало трещину. Встретившись с родным коллективом, я был крайне удивлен, увидев, что не было ни одного индивида, не взявшего с собой в дорогу ставший мне столь родным и дорогим джентльменский комплект. А именно: водку, шампанское, виски и, конечно, слесарные наборы...

...Поселили нас всех в одной большой комнате в Доме офицеров... На следующее утро неизвестно откуда появился жуликоватого вида прапорщик и предложил скупить весь товар оптом. Расплачивался он чеками. Такими же чеками платили зарплату военным, и они, приезжая домой, отоваривали эти чеки в специальных магазинах, куда простому советскому человеку вход был категорически запрещен. Но... Но... Парадокс заключался в том, что если эти чеки обменять на местную валюту, которая называлась афгани, то в кабульских лавках на эти деньги можно было купить товара, во-первых, гораздо больше, а во-вторых, значительно более качественного. Стало ясно: чеки надо менять! Но где? Но как?

Через несколько дней мы улетели в Шинданд. После концерта - традиционный банкет. За столом рядом со мной оказался огромный мужик с казацкими опущенными усами. «А это, - горделиво, но в то же время с опаской сказал командир полка, - наш Ваня, Ванечка. Ванечка лично задушил сорок душманов. Во-о-от. Причем, что характерно, задушил исключительно руками». Эта важная подробность нас приятно порадовала...

...Я смотрел на него и думал: «Вот он, могучий русский характер! Вот он, былинный герой, могущий одной рукой разметать сотню врагов, а другой - вторую сотню. Нам бы тысчонки три таких Вань, и проблема обороноспособности страны была бы решена раз и навсегда!» От патриотических мыслей меня отвлек капитан, которого до этого не было среди нас.

- Я слышал, вы чеки хотите обменять? - тихо спросил он.

- Хочу, - сказал я.

- Мы только что с воинской операции. Кое-что изъяли у врагов. Так что афгани у меня есть.

- Много?

- Гм... - ухмыльнулся он. - На вас хватит.

- Мы завтра улетаем. В восемь утра. Может, сейчас ченчнемся?

- Не, - сказал он, - я же не здесь живу. В Михайловке.

- Где, где? - удивился я.

- В Михайловке, а где же еще?

- А что, в Афганистане уже Михайловка появилась?

- Дык, обживаемся потихонечку, - буднично сказал капитан.

- Тогда, значит, я должен к вам приехать?

- Да тут езды-то всего ничего. Сначала по этой дороге, - и он показал куда-то вдаль, - потом свернешь направо, увидишь три модуля - это Михайловка и есть. Средний модуль мой. Комната 12.

- Ладно, - решился я. - В шесть утра я у вас.

Я нашел шофера командира полка, отвел его в сторону и спросил:

- В Михайловку отвезешь? Туда и обратно. Двести афгани заплачу.

- Не вопрос, - кивнул он.

- В пять тридцать завтра. Не позже, иначе на самолет опоздаю.

- Ну я же сказал, не вопрос, - промолвил он зевая.

Я собрал все чеки, заработанные моей братвой в праведной битве с жуликоватым прапорщиком, сложил их в дипломат и уснул. А наутро ровно в пять тридцать, как и было условлено, я уже стоял у гостиницы. Прошло пять минут. Шофера не было. Прошло еще десять. Шофера не было. К шести часам стало ясно, что если я не уеду сию минуту, то вся кредитная история накроется медным тазом. На мое счастье, впереди запылила машина. Машина была такая старая и грязная, что ее марку невозможно было определить. За рулем сидел афганец...

...Я голоснул. Он тормознул.

- В Михайловку, - сладко пропел я. - Заплачу.

Вы не поверите. Мы поехали.

И вот уже тот самый поворот, а за поворотом столбик, одиноко стоящий у дороги, а на столбике написано: «Михайловка».

Я вышел и направился к модулю. Шел, как и было указано, к среднему. Захожу. Узкий темный коридор. Ага! Вот она, комната номер 12. Я стучу. Никто не открывает. Опять стучу. Опять никто не открывает. Нервы на пределе. Толкаю дверь ногой. В нос ударил жуткий запах блевотины, мочи и пота. Передо мной предстала комната метров трех с половиной. В комнате кровать. На кровати - мертвецки пьяный знакомый капитан, а с ним две бабы в таком же состоянии. Я начинаю его тормошить. Наконец он открывает глаза.

- Афгани давай, - взволнованно зашипел я.

- Какие афгани? Что за афгани? Ты как сюда попал? - с бодуна не понял он.

- Ты что, забыл?

Нервы уже были не то что на пределе, мне казалось, что еще секунда, и они взорвутся к чертовой матери.

- Ну мы же вчера договаривались, капитан!

Он начал медленно приходить в себя. Помотав головой, выпил воды из грязного графина и, кряхтя, залез под кровать, откуда выгреб огромный фибровый чемодан. Чемодан был забит афганями. Такого количества денег я не видел никогда. Наконец с расчетами было покончено, и добрая четверть чемодана перекочевала ко мне. Деньги я сложил в пакет и, не попрощавшись, выбежал из модуля.

Машина стояла. Я сел, залез в пакет рукой, не глядя, вынул оттуда пачку денег, сунул их афганцу и сказал: «Обратно. Только быстро, умоляю!»

Афганец рванул. Вернулся я за пятнадцать минут до отлета. ...

...В самолете я раздал всем сестрам по серьгам, то есть каждому свою долю. Раздав, закрыл глаза и подумал: «Какой же ты дебил! В стране, в которой идет война, садишься в незнакомую машину с аборигеном. Да он мог увезти тебя куда угодно, и далее, как в песне, «и нихто не узнает, иде могилка твоя». Но ангел-хранитель спас меня и на этот раз, а я получил почетную кличку - герой Афганистана.

АВТОРА!

Илья ОЛЕЙНИКОВ: Книгу сначала проверил на жене

- Захотелось, чтобы читатели получше узнали меня, а заодно посмеялись, - так объяснил Илья Львович свою литературную задумку. - Я еще года четыре назад начал записывать разные истории из своей жизни. Набралось их много, и все веселые. Это я проверил на жене Ирине. Я читал ей каждую главу. И даже она смеялась, хотя жена у меня человек с очень своеобразным чувством юмора. Осенью 2006 года я собрал и довел до ума все главы.

Сейчас Илья Олейников думает над оформлением книги. Он хочет, чтобы иллюстрации были такими же смешными, как и истории из его жизни. Скорее всего, это будут шаржи. В конце книги читатель найдет фотографии разных лет из семейного альбома артиста. Новоиспеченный писатель надеется, что его автобиография станет бестселлером.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

У 112-го канала новые собственники
У 112-го канала новые собственники 1637 2

Телеканал "112 Украина" в своём заявлении по поводу скандальных выступлений нардепа Онищенко сообщил, что экс-собственник Андрей Подщипков передал корпоративные права в управление менеджмента канала.

Спорт