Александр ГАМОВ 
(Наш спец. корр.). Фото из личного архива Иосифа Кобзона 
и Анатолия ЯКИМОВА
(«КП» - Чита»). (8 марта 2012)

Иосиф Кобзон: "Меня держат врачи. Моя жена Неля. И еще - сцена" Комментарии: 19

Разузнав, каким самолетом летит певец, мы купили билеты на рейс Москва - Чита. И, когда лайнер набрал высоту, отправились в бизнес-класс...

"Да, я - нафталин. Борюсь с молью"

- ...Иосиф Давыдович, там, куда мы с вами сейчас летим, мороз под 30 градусов.

- Знаю.

- Я заметил: вы вошли в салон самолета в такой шубе...

- Я ее называю не шуба, а доха.

- Вы ее нафталином на лето посыпаете, да?

- Нет, она в холодильнике лежит. Вместе с шубами моей жены. Чтобы моль не поела.

Однажды не совсем добрые журналисты написали об участниках концерта, посвященного Дню Победы, где я тоже пел песни: "Собрался один нафталин". Я тут же ответил: "Я действительно себя считаю нафталином. Кто-то же должен с молью бороться". А вы пришли сюда мою шубу рассматривать, да?

- Не только... Я хотел узнать: почему вы так народ пугаете? "Я ухожу со сцены..."

- Я не пугаю.

- Вот! И я всех успокаиваю: Кобзон уже не раз собирался уходить...

- Это неправда. Я единственный раз собирался, когда мне исполнилось 60 лет. Думал: сейчас я покажу моим друзьям-коллегам, как надо уходить. В хорошей форме, все - нормальный, востребованный. Не получилось.

 

Семья Иосифа Кобзона: дочь Наталья (1), внучка Орнелла (2), супруга Неля (3), зять Юрий (4), первая жена сына Андрея Екатерина (5), внучка Полина (6), невестка Анастасия (7), внучка Анита (8), внук Миша (9), глава семейства (10), внучка Мишель (11), внучка Идель (12), сын Андрей (13).
Семья Иосифа Кобзона: дочь Наталья (1), внучка Орнелла (2), супруга Неля (3), зять Юрий (4), первая жена сына Андрея Екатерина (5), внучка Полина (6), невестка Анастасия (7), внучка Анита (8), внук Миша (9), глава семейства (10), внучка Мишель (11), внучка Идель (12), сын Андрей (13).

- Почему?

- Отнюдь не меркантильные цели довлели над моим продолжением. А остался тогда просто потому, что трудно без наркотика. Сцена - это наркотик. Вот как-то, проснувшись, думаешь: "Господи, неужели больше я никогда не выйду на сцену? Неужели я уже никому не нужен? Ведь еще хотят слышать мои песни, еще аплодируют. Почему я ушел?" Композитор позвонил: "Прими участие в моем вечере". Пожалуйста. Лева Лещенко: "У меня юбилей. Я тебя жду". Конечно, и пошло-поехало... Хотя и отказался от запланированных гастролей. Потому что востребованность жанра в 90-е годы пропала. Все пропало!

- Да ладно...

- Да, я спел в 1997-м по просьбе Леонида Дербенева песню "Пьяный кучер".

Темных туч хоровод

нам дорогой осенней,

Наша тройка летит,

подминая бурьян.

Ну зачем, ну зачем

в эту бричку мы сели,

Мы же видели ясно,

что кучер был пьян.

- На высоте 10 тысяч метров Кобзон поет про пьяного кучера!

- Вот такая злая баллада... Я давно уже говорил своим молодым коллегам: откажитесь от этого глупого выражения "публика - дура".

- Это нас так называют?

- Всегда.

- Ужас!

- И меня тоже. Я тоже публика, когда прихожу на концерт... "Пьяный кучер" - если воспринимать его как образ - отнял очень многое. Он отнял жанр... Я очень много работал, пожалуй, больше всех, пускай это не прозвучит каким-то бахвальством, в Советском Союзе и впоследствии в России. Я пел по два, по три сольных концерта в день. И когда говорят: "Кобзон богатый", - да, богатый. Я богат был своей работой.

- Вот и в бизнес-классе летите. А журналисты "Комсомолки" - в эконом...

- Ой, какой же вы кокетка, Александр! Я же вам предлагал: "Давайте оплачу ваш перелет в Читу в бизнес-классе". Я ведь богатенький. Вы же отказались.

- А потому что нам стремно.

- Моя жена в таких случаях говорит: "Мы нищие, но гордые".

- Нет! "Комсомолка" не нищая, но гордая!(А чтобы Кобзон не разобиделся, автор этих строк за время командировки все-таки отобедал за его счет  два раза. - А. Г.) И вас, короче, сцена-наркотик не отпустила, да, в 60 лет?

- Да. И я решил остаться.

- Чтобы бороться с молью...

"Живу, не снижая оборотов"

...В Агинском мы поселились с Кобзоном в одной гостинице. И вставали пораньше, караулили его у выхода - чтобы не прозевать. Потому что он столько всего там себе поназапланировал: церемонии открытия спортивных турниров памяти Героя Советского Союза Базара Ринчино и Героя России Алдара Цыденжапова, встреча с членами совета ветеранов, пресс-конференция... В номер Кобзона мы пробирались только поздно вечером.

- Иосиф Давыдович,у вас такой график, что я тешу себя надеждой: прозвучавшие недавно ваши заявления по поводу вашего заболевания все-таки преувеличены...

- Знаете, когда я впервые услышал диагноз, хотите верьте, хотите нет, у меня ни истерики, ни испуга не было. Я только был очень взволнован тем, как я это сообщу Неле. (Супруга Иосифа Кобзона. - А. Г.). Я очень боялся ее реакции. Я очень боялся ее так сильно огорчить. Но она все понимает, она читает мои мысли. Вот почему я, общаясь с вами, оставил при себе мобильный телефон. Потому что Куколка (так Кобзон называет свою жену. - 
А. Г.) должна была позвонить. Я ждал ее звонка, и она позвонила. Телепатия.

...Я пришел, она смотрит на меня: "Что случилось, на тебе лица нет?" Я говорю: "Все нормально". - "Я же чувствую, что что-то случилось". Я говорю: "Куколка, у меня рак".

Я подумал, что она засмеется, подумает, что я шучу. А если воспримет серьезно, то будет в полуобморочном состоянии. А она в темпе, как будто мы с ней репетировали этот эпизод, когда я ей говорю: "Куколка, у меня рак", - отвечает: "Ну что, будем лечиться, ты не волнуйся, все будет в порядке". С той минуты и по сей день она все время рядом. Все самые трудные дни, когда я в коме находился, когда меня оперировали...

 

Ося Кобзон на тренировке. (На плечах у парня заметны татуировки.) Дом спорта. Днепропетровск, 1954 г.

Ося Кобзон на тренировке. (На плечах у парня заметны татуировки.) Дом спорта. Днепропетровск, 1954 г.

- Сколько это продолжается?

- Меня держат врачи. А я дружил с этим институтом, я дружил с Блохиным Николаем Николаевичем, это был мой подшефный коллектив. Я туда приезжал с концертами и сейчас приезжаю.

У меня самый лучший химиотерапевт в Каширском центре, академик Личиницер Михаил Романович. И лечащие врачи - Жукова Людмила Григорьевна, Гриднева Яна Владимировна, и, конечно же, я очень благодарен Давыдову Михаилу Ивановичу, руководителю института. Операцию мне сделал выдающийся хирург-онколог, доктор Питер Альтхаус. Сам он немец, но окончил нашу Ленинградскую морскую академию, медицинский факультет. И вот он делал мне операцию...

Первую мне сделали 4 января 2005 года. А потом - вторую. А потом Давыдов - еще одну. Нормально. Самое главное - избежать такой болезни, которая называется "постельное привыкание".

- Объясните.

-Почему в европейских странах, в Америке на 2 - 3-й день ставят на ноги после операции? Чтобы больной активно начал жить, чтобы не было постельного привыкания. Потому что в постели больной расслабляется, ему гораздо легче, чем когда он находится в движении, в вертикальном положении.

Неля меня заставляла: "Вставай!" Я говорю: "Куколка, я почитаю еще немножко, полежу". - "Вставай, пойдем погуляем, пройдемся". Я говорю: "Я не хочу гулять, у меня кружится голова". - "Вставай!" - "Что же ты так пристала?" И вот я начал жить после операции в прежнем своем режиме, абсолютно не снижая оборотов. Как работал, так и работаю. Мой блокнот пестрит теми проблемами, с которыми мне приходится сталкиваться и решать каждый божий день. На весь год это все расписано.

- Это и есть ваши рецепты - как бороться с болезнью?

 - Впереди еще много дней. Гастроли в Париже 3 апреля. А с 19-го - в Германии. И так далее...

"Пусть у Кобзона целуются"

- Так я могу через "Комсомолку" дезавуировать ваше заявление насчет того, что вы уходите со сцены?

- Погодите, не спешите... Была еще одна причина - почему я не ушел тогда, 15 лет назад. Когда мне было плохо, я с нетерпением ждал выхода на сцену. Потому что я знал, что это мой эликсир хорошего настроения и всего-всего.

И сейчас я хочу уйти не потому, что кокетничаю или пиарюсь. Я привык быть первым и сильным во всем. Но чувствую, что теперь у меня таких возможностей нет.

- Я вам не верю!

- Можете мне поверить.Мне бы очень хотелось продолжить свою концертную деятельность. Но, понимаете, сил не хватает не то чтобы ездить и летать... Пока еще есть на пару концертов силы, надо оставить их в запасе.

- То есть я вас так понял, что вы хотите уйти великим? Да?

- Не великим. Нет!

- Как? Я и то иногда считаю себя... ну, великим.

- Считайте на здоровье. А я никогда не считал себя даже первым. По этому поводу есть анекдот. Был такой гениальный скрипач - Исаак Стерн. И, когда он приехал в Москву, ваш брат журналист его интервьюировал: "Господин Стерн, в рейтинге скрипачей каким вы себя считаете?" Он говорит: "Вторым". - "Вы же гениальный скрипач. А кто же тогда первый?" Он говорит: "Первых много". Чтобы вы не думали, что я кокетничаю... Когда мне позвонили из моего родного Донбасса и сообщили, что там...

 

Иосиф Кобзон показал корреспондентам

Иосиф Кобзон показал корреспондентам "КП" орла на своем плече.

- Где скульптура Иосифа Кобзона есть?

- Да. Я сказал: "Я - против".

- А все равно поставили.

- Я сказал: "Знаете, пусть он, конечно, стоит, коль уже соорудили его. Но пусть он будет местом свиданий влюбленных. Пускай говорят: "Встретимся у Кобзона".

- Целуются у Кобзона, короче.

- Да. И мне, говорю, будет радостно и приятно, если так будет. Знаете, в моем городе Часов Яр, где я родился, назвали улицу моим именем. Повесили на доме мемориальную доску, открыли музей в Доме культуры. Ну хорошо бы это... опосля, когда я уйду в мир иной.

- Не торопитесь...

 

Окончание интервью в следующей "толстушке".

 

СОВЕТ ОТ КОБЗОНА

"Флиртовать можно, но осторожно"

- Пока мы с вами тут ездим, я несколько раз от вас слышал: "Вот я уйду..." Причем имели в виду не только сцену, как я понял.

- А что еще? От жены я уходить не собираюсь. Если только она уйдет. Честно говоря, я не ханжа, все в этой жизни было. Но я действительно осуждаю тех моих приятелей, знакомых, тех людей, которые ради увлечения нашими молодыми особами бросают свои семьи и своих жен, с которыми прожили десятки лет. Это ужасно. Когда говорят: "Нельзя это осуждать, это судьба..." Да не судьба это! Пожалуйста, тебе никто не мешает, если ты увлекся и тебе ответили взаимностью…

- Измена же это супружеская!

- Да не важно. Если кто-то тебе ответил взаимностью, сделай так, чтобы не было больно твоей семье, твоей жене. И занимайся своими амурными делами. Но оставлять семью, бросать семью - это не годится.

- Я правильно понял ваш совет, что женам можно изменять, но - осторожно. Так?

- Не надо меня ловить по-журналистски на слове. Что значит женам можно изменять? Предавать жен нельзя. Изменять можно. Что значит изменять? Флиртовать, увлекаться. И женам это тоже можно, если есть у них такая необходимость.

- Тоже скажете: женам тоже можно…

- А почему нет? Нормально абсолютно. Но нужно делать так, чтобы не было больно второй половине, жене или мужу. Потому что жизнь есть жизнь. А как не флиртовать или не увлекаться моряку, который по полгода находится в плавании, бывает в портовых городах? Как артисту, который 7 - 8 месяцев в году находится на гастролях? И вдруг появляются люди, которые его увлекают собой. А жена в это время содержит дом, семью, детей...

- А вы много флиртовали?

- Много. Я не считал, много или мало. Но у меня мысли никогда не было: "Мне так нравится эта женщина". Никогда в жизни! Я всегда знал, что Неля, дети, дом - это крепость, это навсегда. Неле однажды взяли и меня продали...

- Стукнули?

- Сказали, что у твоего был роман на стороне. Она говорит: "Ничего страшного, подумаешь, высморкался лишний раз".

- То есть она вас не ругала?

- Она живой человек, она все прекрасно понимает...

О ЧЕМ ЕЩЕ РАССКАЗАЛ ПЕВЕЦ

"Не забуду мать родную"

- ...Говорят, у вас вроде татуировки есть.

- У меня этих наколок было много. Я их сделал в 13 лет. Вот здесь, на пальцах, инициалы были мои. Вот здесь были моих ближайших дружбанов, Володи и Лени. И еще на одном пальце было кольцо. Вот здесь, на правом плече,-"Не забуду мать родную". А на левом - орел. Когда мама все это у меня обнаружила, сразу пошел веник в ход. Она меня обычно лупила веником, которым убирают пол. Она берет - и рукояткой веника меня...

 

Мама певца Ида Исаевна. Этот снимок он всегда возит с собой.

Мама певца Ида Исаевна. Этот снимок он всегда возит с собой.

Потом, когда я приехал в Москву, стал выходить на сцену, то было неловко, что на пальцах наколки. Но я левую руку так держал, чтобы не было видно. Но неудобно же. И я пошел в Институт красоты в Сокольниках. И свел все наколки на пальцах. И "Не забуду мать родную" тоже. Потому что я устал от любопытных глаз. Когда отдыхал в Сочи, Ялте и появлялся на пляже, все бегали смотреть на блатного Кобзона.

И вот я прихожу домой (а мама жила у меня), снимаю рубашку... И вдруг мама увидела, что нет наколки "Не забуду мать родную". И говорит: "Ну что, сынок, разлюбил маму?" Я говорю: "Ты же меня била из-за этой надписи". Она говорит: "Почему ты эту свел, а эту - нет?" Я говорю: "Мама, ну нельзя, люди смеются".

- А орла оставили.

- Да, эта такая нейтральная наколка. Сейчас вообще никто не обращает на нее внимания.

МЕЖДУ НАМИ, МУЖИКАМИ...

"Куда бутылку ни спрячу - жена всегда найдет"

- Я так понял, Иосиф Давыдович, что жена у вас все же строгая.

- Ну как... Если я что-то такое неправильно сделал - она, если узнает, ответит мне в десятикратном размере. Скажем, мне нельзя пить по состоянию здоровья. А иной раз хочется - настроение отвратительное, что-то произошло, не дай бог, и так далее. И рука тянется к рюмке. Неля просто предупреждает: "Увижу, почувствую, что ты выпил, отвечу в десятикратном размере. Понял?" Я говорю: "Понял".

- Она что - выпьет?

- А она... Я подумал: ну глупости говорит. И однажды в поезде позволил себе. У нас был долгий переезд. И, пока она вышла в соседнее купе (мы с коллективом ехали), я из бутылки налил себе коньячку и выпил. И она это обнаружила.

- Бутылку плохо спрятали, Иосиф Давыдович, да?

- Ничего я не прятал. Бутылка была открыта, у нас сидел товарищ. Ну отпили от бутылки. И я еще добавил грамм 70. Она это обнаружила по запаху.

- И что?

- Говорит: "Я тебя предупреждала". Я говорю: "Прекрати, в конце концов, я 50 грамм выпил, ничего страшного". Она говорит: "Хорошо". Я вышел в соседнее купе поиграть в нарды. Когда я вернулся, бутылка была пустой, Неля ее всю выпила. Никогда не забуду ее фразу. У нас Андрюшка, сын, был маленький, мы ездили на гастроли, я брал с собой очаровательную женщину Лидию Яковлевну, тещу Роберта Рождественского. И вот мы в купе вместе ехали: Неля, я и Лидия Яковлевна. Я захожу, а Лидия Яковлевна ее приводит в чувство. Неля выпила почти бутылку коньяка! Конечно, она моментально опьянела. Я говорю: "Куколка, что с тобой, очнись, приди в себя". Она говорит: "Я умираю, а умирая, прошу тебя только об одном - спаси нашего сыночка".

- Ну вот... А я еще говорю, что Кобзон - великий. А вы, как простой мужик, от жены бутылки прячете.

- Это абсолютно нормально! Неоднократно прятал. Почему бы и нет? Но самое смешное другое. Куда бы я бутылку ни спрятал, Неля обязательно найдет. Мне кажется, уж такую заначку сделал, уж так спрятал. Прихожу - стоит бутылка на столе. А Неля: "Ну что?" Я говорю: "Я просто положил, чтобы на всякий случай лежало". А она: "Ты хоть придумай что-нибудь, если ты прячешь, чтобы я не нашла".

Москва - Чита - Агинский Бурятский округ.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт