Мифы «про тесто»

Мифы «про тесто»

Борис Гребенщиков: - Рок-н-ролл - вроде бы протест, а на самом деле «кричу что хочу».

Любите ли вы рок? Любите ли вы его так, как… Дурацкий вопрос. Даже самые откровенные любители «попсы голимой» замирают в благоговении, услышав «Лестницу в небо» Led Zeppelin или «Дом восходящего солнца» в интерпретации Animals, не говоря уже о лирике Beatles. Всякий раз, когда по телевизору рекламируют средства для бритья ног, с некоторой досадой вспоминается, что почти народная у нас «Шизгара» в исполнении вполне попсовой «Бананорамы» - это Venus, написанная (или скорее перелицованная) рокерами из Shocking Blue. Ведь все это означает то, что, впрочем, никогда не составляло секрета: рок - это тоже поп-музыка. Красота - в ушах слушающего. Вопрос лишь в его вкусе и объективном качестве музыкального материала.

Но ощущение из советской юности «мы слушали рок и были бунтарями» никуда не уходит. Так в чем же дело? В текстах? Социальном контексте? Духе времени? Когда начинаешь анализировать, оказывается, что весь рок-н-ролльный бунт построен скорее на метафорах к действительности, образе жизни, а не на песнях протеста. Песни «про тесто» как таковые в исполнении Виктора Хара или Дина Рида были как раз прерогативой комсомольских интерклубов. А другой рок-н-ролл, напротив, заставлял нас наслаждаться ощущением не социальной общности, а настоящего индивидуализма.

Вот историк и публицист Илья Смирнов, в советское время организовывавший концерты отечественных рок-групп, пишет в журнале «Скепсис»: «Сегодня можно услышать рассуждения о том, что популярность «послов рок-н-ролла в неритмичной стране» была обеспечена за счет некоего эпатажа. Интересно было бы знать: какого? Политика (в общепринятом значении слова) занимала в репертуаре ничтожно малое место. Социальная составляющая, конечно, присутствовала - постольку, поскольку в творчестве отражалась реальная жизнь самих музыкантов и их аудитории. Но в противном случае это был бы вообще не рок, а ВИА».

Вот Борис Гребенщиков говорит в интервью: «Рок-н-ролл никогда не был протестом. Поначалу это была развлекательная музыка. Молодому 18-летнему парню надоедает медленная музыка, и он начинает играть быструю и ритмичную - получается рок-н-ролл. Возьмите ранние песни Элвиса Пресли. Он может петь про любовь, а другие думают: я тоже так хочу. А почему бы не спеть то же самое про правительство? Вот и получается: вроде бы протест, а на самом деле «кричу что хочу» - музыка выступает в качестве железнодорожной платформы. А суть крика - одна и та же».

Андрей (Князь) Князев: - О политике я знаю не настолько хорошо, чтобы в нее лезть и обсуждать, осуждать или поддерживать...
Андрей (Князь) Князев: - О политике я знаю не настолько хорошо, чтобы в нее лезть и обсуждать, осуждать или поддерживать...

 

 

Да и мудрый Евгений Маргулис отмечает: «Протест протестом, но когда это было запрещено, это был протест. И за это могли дать по башке. А когда все разрешено… Это как в старом анекдоте, когда еврей ходит и клеит пустые листовки. Его спрашивают: «Что ты клеишь?» - «Листовки». - «Так там же ничего не написано!» - «А что писать? И так все ясно!» 

Лидер группы «Король и Шут» солист Андрей (Князь) Князев объясняет «бунт» рок-н-ролла лишь чуть иначе: «…Мое мнение таково: о политике я знаю не настолько хорошо, чтобы в нее лезть и обсуждать, осуждать или поддерживать...»

Причем и на родине рок-н-ролла - то же самое.

Йен Гиллан из Deep Purple: «Когда мы собрались вместе впервые, то меньше всего думали о политической или экономической обстановке в нашей стране и мире. Мы учились играть, мы пытались играть, где и когда только можно, мы ходили по всем местным клубам, пытаясь послушать других и показать себя. Мы писали и пели песни о том, что нас волновало в тот момент лично, - о любви, о жизни, о каком-то конкретном событии. Но мы не были политизированы, мы не писали специально песен о войне или политике. Настоящий музыкант чаще всего бывает далек от таких вещей. Так что не думаю, что политическая или экономическая ситуация - это база для зарождения какого-либо жанра или стиля музыки».

Лидер Metallica Джеймс Хетфилд: «Я думаю, что политика и музыка, по крайней мере для нас, не сочетаются. Они разделяют людей, а мы, в свою очередь, хотим примирить людей».

Да, могут возразить: в репертуаре практически каждой из великих рок-групп есть хоть одна песня «рассерженного поколения»… Но вот как это объяснял легендарный Боб Дилан в автобиографических хрониках: «Джоан Баэз написала обо мне песню протеста, которую теперь повсюду крутили, бросая мне вызов: выходи и бери все в свои руки, веди массы - становись на нашу сторону, возглавь крестовый поход. Из радиоприемника песня вызывала меня, будто какого-нибудь электрика или слесаря. Пресса не отступала. Время от времени приходилось идти у них на поводу и сдаваться на интервью, чтобы они не выламывали мне дверь. Вопросы обычно начинались с чего-нибудь вроде:

Джеймс Хетфилд: - Я думаю, что политика и музыка, по крайней мере для нас, не сочетаются. Они разделяют людей, а мы, в свою очередь, хотим примирить их.
Джеймс Хетфилд: - Я думаю, что политика и музыка, по крайней мере для нас, не сочетаются. Они разделяют людей, а мы, в свою очередь, хотим примирить их.

 

 

- Можно подробнее поговорить о том, что происходит?

- Конечно. Что, например?

Журналисты обстреливали меня вопросами, и я им постоянно отвечал, что не выступаю от лица чего-то или кого-то, я просто музыкант. Они смотрели мне в глаза, словно ища в них следы бурбона и пригоршней амфетаминов. Понятия не имею, о чем они думали. А потом все улицы пестрели заголовками «Представитель отрицает, что он представитель». Я чувствовал себя куском мяса, который кто-то выкинул на поживу псам. «Нью-Йорк таймс» печатала дурацкие интерпретации моих песен. Журнал «Эсквайр» поместил на обложку четырехликого монстра: мое лицо вместе с лицами Малколма Икса, Кеннеди и Кастро. Что это, к чертовой матери, вообще значит?»

Действительно, что?

Голландский ученый Лео Д’Анжу в своем исследовании The riddles of rock and roll приходит к выводу о том, что рок-музыка - суть не протест, а форма социальной поддержки, причем нимб бунтарства ей дала всего лишь «политика веселья», декларируемая музыкантами. «Рок-н-ролльная революция явно была бунтом без бунтовщиков», - резюмирует Д’Анжу. «Карнавальная культура», «народное смехотворчество»…

Российские исследователи рока придерживаются скорее мнения о том, что рок - это бунтовщики без бунта. Ну и время делает свое дело. Даже панки, и те сегодня другие. «Наша музыка очень позитивна, мы стремимся относиться к жизни с юмором. Мы не задаемся целью обязательно протестовать против чего-либо…» - откровенничают музыканты российской панк-группы «Слэм». Сказал бы это кто-нибудь Сиду Вишезу году так в 1977-м!

Так что сэр Элтон Джон был прав: «Когда модельеры делают одежду а-ля панк - это, конечно, уже обыкновенные деньги».

Йен Гиллан: - Не думаю, что политическая или экономическая ситуация - это база для зарождения какого-либо жанра или стиля музыки.
Йен Гиллан: - Не думаю, что политическая или экономическая ситуация - это база для зарождения какого-либо жанра или стиля музыки. 

 

 

Трудно смириться с тем, что шоу-бизнес поглотил рок-н-ролл, поставив его на одну доску с тем, что у нас принято называть попсой. И не нужно, потому что рок-песню не задушишь, не убьешь. Трудно избавиться от иллюзии, что если нет политического бунта, то рок-н-ролл мертв. Но у него из без этого крепкое рукопожатие, и он еще «простудится» на наших похоронах.

Фото Михаила ДЕНИСОВА и Ivan Kobyakov/rockmag.livagournal.com.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт