«Боясь находки, как потери…»

«Боясь находки, как потери…»

В жизни Твардовского было три войны: финская, Великая Отечественная и - за правду.

«Родился я на Смоленщине в 1910 году, 21 июня, «на хуторе пустоши Столпово», как назывался в бумагах клочок земли, приобретенной моим отцом Трифоном Гордеевичем Твардовским через Поземельный крестьянский банк с выплатой в рассрочку», - осторожно сообщал в автобиографии поэт Александр Твардовский.

До корней волос советский человек, партийный человек, прошедший Отечественную войну, автор великих стихов и великих поэм «Страна Муравия», «Василий Теркин», «Василий Теркин на том свете», «За далью - даль», легендарный главный редактор журнала «Новый мир», жил с той идеологической трещиной в душе, что началась, собственно, с происхождения. Как ни умалял размеры отцовой собственности, выплата кредита Поземельного банка означала, что не нищ был Трифон Твардовский, а хозяйствовал на земле, за что и подвергся репрессиям, о чем с силой и болью написал сын в великой поэме «По праву памяти», которую цензура при его жизни не пропустила.

«Щ-854» называлась повесть неизвестного литератора, попавшая ему в руки. Вечером дома лег в кровать, взял рукопись. После первых двух-трех страниц понял, что лежа это не почитаешь. Встал, оделся, налил чаю - не отрывался всю ночь. Собрав на следующий день редколлегию журнала, не мог сдержаться - сиял, выглядел именинником, голубые глаза лучились радостью.

Известная эта история о том, как началось знакомство с повестью, получившей после название «Один день Ивана Денисовича», как произошло открытие писателя Александра Солженицына, в полной мере отражает главное свойство Твардовского - любовь к настоящему, точное отделение настоящего от фальши, умение стоять за это настоящее до конца. Только люди большого масштаба таковы.

Дважды партийные бонзы в хрущевские и в брежневские времена отнимали у него взлелеянный им журнал, его «Новый мир», задавший высокую планку публикациями прозы Федора Абрамова и Василя Быкова, Гавриила Троепольского и Бориса Можаева, Георгия Владимова и Владимира Тендрякова, Чингиза Айтматова и Владимира Войновича.

Отнимали журнал - отнимали жизнь. Болел, уходил в запой. Его находили то ли в баньке, то ли в кочегарке у истопника, где он прятал свою разруху, откачивали, приводили в чувство. Мрачный, не жилец, он восстанавливался и вновь начинал свою прямостойкую борьбу с режимом за правду против лжи.

«Об искренности в литературе» называлась «новомировская» статья Владимира Померанцева, которую хватали из рук: искреннее талантливое слово впервые впрямую противопоставлялось бездарному официозу литературных генералов.

Твардовский, крупный эпик и тончайший лирик, знал волшебство владения таким словом.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт