Галина ВОЛЧЕК: «Люди на рынке тыкали в меня пальцами: «А она не такая страшная, как ее показывают!»

Галина ВОЛЧЕК: «Люди на рынке тыкали в меня пальцами: «А она не такая страшная, как ее показывают!»

На встрече с киевлянами Галина Волчек вспоминала мужей и родителей.

- Я танцевать и петь не буду, - сразу предупредила она, глотнув минералки из стакана. И пустилась в воспоминания.

ПРО ЭКЗАМЕН ПО ХИМИИ

- Родилась я в Москве, в семье оператора, а потом и режиссера. В нашем доме жили практически все киношные небожители: Пырьев, Ромм, Савченко. Эти дяди и тети хлопали меня по попе и дергали за косички. Поэтому никакого пиетета я к кино не испытывала, меня тянуло в театр - он всегда был для меня тайной.

Когда родители расходились, мне было 13 лет. Они посадили меня на стул с собой рядом и сказали: выбирай, с кем ты останешься. Я выбрала папу. В то время, пока он ездил на съемки, я продолжала мечтать о театре.

Но мама меня отговаривала, все время повторяла: «Кто тебя возьмет?» В те годы в театральный поступали яркие красивые девушки, а мой образ таким не был.

Но я все равно, окончив 8-й класс, решила поступать в Школу-студию МХАТ. Для этого надо было сдать школьные экзамены экстерном. И химию, которую я вообще не знала.

Открыв наугад учебник, я увидела словосочетание «теория электролитической диссоциации». И подумала: как красиво звучит! В тот же вечер я попросила нашего соседа-студента достать мне брошюру по этой теме и выучила ее наизусть - ни одну роль потом в своей жизни я так не учила.

И когда пришла на экзамен, то решила отвечать без подготовки. Хотя в моем билете было три вопроса и ни одного по выученной мной теме, я стала уверенно писать на доске формулы и рассказывать теорию. Преподаватель как ни старалась, перебить меня не могла - я ведь знала: если меня собьют, то я все забуду.

В общем, экзамен я сдала, и меня уже ничто не держало - пошла поступать во МХАТ.

О ПОСТУПЛЕНИИ В ТЕАТРАЛЬНЫЙ

- Моя мама была уверена, что меня во МХАТ не возьмут. Поэтому в перерывах между вступительными экзаменами взяла меня за руку и отвела в Щукинское училище. А посмотреть было на что: у меня тогда была длинная коса, которую я подколола повыше, и пошитый на пару с папой костюм, который сидел на мне мешком. В сочетании с абсолютно детским лицом я выглядела, как депутат районного совета из глубинки.

Когда члены комиссии увидели меня, то стали показывать на меня пальцами и смеяться. Я стала читать отрывок из «Тихого Дона», они меня прервали и сказали: «Ты принята». И тут я расплакалась, да так сильно, что намочила лежащие перед комиссией бумаги:

- Я не хочу учиться в Щукинском! Меня мама заставила! Я хочу во МХАТ! - И убежала.

Во МХАТ я все же поступила.

О СУПРУГЕ ЕВГЕНИИ ЕВСТИГНЕЕВЕ

На третьем курсе к нам в группу пришел молодой человек, который нам показался дядькой. Он курил «Беломор», ходил в костюме, который висел на нем мешком - «на вырост», как я называю. Под пиджаком виднелась трикотажная рубашка на молнии и крепдешиновый галстук. Вот такое чудо я привела домой.

Увидев его, моя нянька, которая потом нянчила и моего сына, всплеснула руками: «Ну, Галька! Я думала, ты замуж выйдешь за кого-то другого». И ему тут же сказала: «Как вам не стыдно ходить лысым? Надели бы хоть шапчонку какую!»

В какой-то момент мне показалось, что папа и его молодая жена моего мужа приняли не так хорошо, как следовало бы, а я всегда была максималисткой. Я взяла Женю под руку и гордо удалилась из отчего дома. Поначалу мы ночевали даже на вокзале. А потом снимали квартиру, пока не получили отдельную однокомнатную. Мне она казалась настоящим дворцом. Зарплата у меня и у Жени была 690 рублей по-старому, а 300 рублей стоила комната. Вот на остальные деньги мы и жили. Но было весело, беззлобно.

Вы знаете, я верю только во взаимную любовь, наверное, поэтому я так долго живу одна. Хотя у меня и были замечательные мужья.   

О «СОВРЕМЕННИКЕ»

- Когда нас покинул Олег Ефремов, мы решили руководить «Современником» коллегиально, но через два года поняли, что так дальше продолжаться не может. Меня к руководству просто приговорили, хотя я упиралась как могла. Вот с 1972 года я на этом стуле и сижу.

О КИНО

В кино я не снимаюсь уже 25 лет, причем осознанно. «Осенний марафон» стал последней точкой в моей кинокарьере.

Понимаете, мне не хотелось, покупая на рынке зелень и морковку, чтобы в меня тыкали пальцами: «Смотрите, это же она! И совсем она не такая страшная, что же ее так показывают?!» Единственное исключение я сделала для Александра Сокурова. Он предложил мне роль в своей новой картине «Фауст». Я не могла отказать, лишь попросила, чтобы это заняло немного времени.

О ПУГАЧЕВОЙ

- Мы с Аллой в дружеских отношениях. Нам всегда есть о чем поговорить и помолчать. Я обожаю ее концерт «Избранное» - там она себя проявила не только как певица, но и как божественная артистка. Может, мы с ней какой-то совместный проект в будущем и сделаем, но это будет не «Вишневый сад», как все вокруг говорят.

загрузка...
загрузка...

Политика

 Джевелин  - в уме, а  Максим  - на передовой
"Джевелин" - в уме, а "Максим" - на передовой 60

Пока в США активно дискутируется вопрос о предоставлении летального оружия, украинское военное руководство разрешило задействовать в зоне АТО все образцы оружия, которые сейчас есть на складах и, судя по всему, в… музеях.

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт