Евгений АЗЕЕВ, Анастасия ПЛЕШАКОВА (30 марта 2009, 16:58)
Михалков два часа докладывал Союзу кинематографистов

Михалков два часа докладывал Союзу кинематографистов

Комментарии: 4

Михалков отчитался перед коллегами о деятельности Союза, которым он руководил с 1997 года, рассказал, почему декабрьский съезд был признан нелегитимным, отверг все обвинения о нецелевом использовании средств, которые были выдвинуты против него.

Кроме того, Михалков в очередной раз заявил, что не собирается претендовать на пост председателя снова. Участники съезда Союза кинематографистов, с интересом выслушав доклад председателя, приветствовали его бурными и продолжительными аплодисментами, а некоторые коллеги, чтобы выразить свою признательность, даже встали со своих мест. Увидев поддержку зала, Михалков прослезился.
 
Мы печатаем фрагмент стенограммы выступления Никиты Михалкова, где речь идет о наболевшем – о собственности, принадлежащей СК.
 
Мы подошли к кульминации

- В 2003 году произошел вывод киноцентра и площадей в частную собственность. Вот мы и подошли к кульминации. Итак, я все еще не понимаю, что происходит, гордо неся ярлык борца против межнационального единства, словно герой рассказал Пантелеева «Честное слово», продолжал выполнять наказ съезда. Я продолжал бороться. Я действительно в этой борьбе, честно скажу, был вынужден использовать все, и частично то, в чем меня обвиняют. И связи, и административные ресурсы, и давление. Даже силовые методы.

Прокуратура Москвы выступала на стороне СК России в судебных процессах. А правительство Российской Федерации и министерство имущественных отношений РФ в 2001-м даже издали распоряжение о передаче здания в нашу собственность. Я пытался всеми способами вернуть нам то, что нам принадлежит по праву. Трудно поверить, трудно, но мне удалось договориться с руководителями союзов кинематографистов всех 14 республик о продаже акций киноцентра за 2 миллиона, о покупке акций СК России за 2 миллиона долларов. До победы был один шаг. И что же в этот момент сделали наши коллеги из московского союза? Предвидя свое скорое поражение,  они осуществляют не укладывающуюся в моем сознании, невероятную по своему иезуитству схему.

Мой большой друг, руководитель КСК в своей телеграмме от 12 августа 2003 года, поздравляя СК России с победой, сообщает, что несмотря на то, что конфедерация и остальные члены совета директоров вынуждены покинуть киноцентр, они, тем не менее, напоследок выражают свое глубокое уважение к российскому кинематографу, щедрым жестом дарят российским кинематографистам лучшие площади киноцентра, включая все кинозалы, выставочные площади, фойе и так далее. Я думаю: вот это да! Недолго довелось нам радоваться этому известию. Спустя совсем немного времени Андрей Смирнов получает  похожую телеграмму от того же господина Ибрагимбекова, где все российские кинематографисты превратились уже в выдающихся московских кинематографистов. Ну что, тоже, казалось бы, неплохо. Наши же.

И вот круг этих московских кинематографистов выдающихся сузился до 15 человек. Это Говорухин, Бардин, Гусман, Щербаков, Финн, Дыховичный, Ярмольник, Волчек, Семаго и Нерощин. А также закаленные и проверенные в борьбе против нашего союза Ланской, Муса, Мотыль, Фатеева, Цымбал. Какова же цена этого подарка? Итак, вышеназванные выдающиеся кинематографисты 30 июня 2003 года от ЗАО «Киноцентр» получили в качестве безвозмездного имущественного взноса, подарка в полную собственность 3164,2 кв. метра лучших площадей киноцентра на Красной Пресне в Москве. Оценочная стоимость этих площадей – 31650 тысяч американских долларов. Кроме того, в пользу  АНО  «Киноцентр» бесплатно переданы основные средства: кинооборудование, мебель, тому подобное на 12 миллионов рублей. Доходы от показа за сентябрь 2003 – сентябрь 2004 составили с учетом выплат 25 миллионов рублей. Доходы от предоставления в аренду помещений – 2733 тысячи рублей. Безвозмездная помощь от ЗАО «Киноцентр» в первом квартале 2004 года – 3 миллиона рублей.

Итого, 42733 тысячи рублей и 31650 тысяч американских долларов или около 900 миллионов рублей. Кроме того, как работающий бизнес по кинопоказу АНО «Киноцентр» должно было получать для его руководителей от хозяйственной деятельности не менее 25 миллионов рублей ежегодно. Таким образом, в результате вывода имущества АНО «Киноцентр» на каждого из 15 выдающихся, как было сказано, кинематографистов Москвы приходилось по 58 миллионов рублей стоимости движимого и недвижимого имущества, 2 миллиона денежных средств на счетах, а также 1660 тысяч рублей ежегодной прибыли от кинопоказа. И это в то время, когда мы за 6 лет получили меньше 7 миллионов. На 5 тысяч человек. Как вам эта арифметика? Москвичи, питерцы, уральцы, донцы, сибиряки, как вам эта арифметика московская? А! подарив выдающимся кинематографистам эти золотые метры, не забыли и руководителя, господина Ибрагимбекова. 27 января 2004 года его АНО «Форум кинематографии стран СНГ, Латвии, Литвы и Эстонии» получило в качестве безвозмездного имущественного взноса … в полную собственность 228,5 квадратных метра оценочной стоимостью в 2300 тысяч долларов.

Вот такая арифметика. Но это еще не все. Казалось бы, бог с ними, со всеми. Пусть эти 15 выдающихся по-настоящему кинематографистов владеют этими метрами. Казалось бы! В общей массе 3000 метров от 21000 - не так уж и много. Хотя метры, прямо скажем, дорогостоящие. Но если отнять от 21 тысячи 3 – получается 18 тысяч, огромное богатство. 18 тысяч в центре Москвы, которые должны были достаться нам, Союзу, что же произошло с ними? А произошло вот что.
 
Это игра в одни ворота

Когда мы начали разбираться с этими площадями, якобы принадлежащими нами, выяснилось, из них площади в безвозмездном пользовании у музея кино – 3037 кв. метров. Площади, сданные в краткосрочную аренду, 1306 кв. метров. Площади, сданные в долгосрочную аренду без права увеличения арендной ставки, 7590 метров. Остается 5988 метров. Это видно на слайде. При этом доходы от аренды сдаваемых офисов составляли всего 2 миллиона рублей в месяц, а расходы на содержание здания, зарплату персонала и налоги доходили до 3 миллионов рублей в месяц.

Кроме того, 8300 метров уже отписаны в бесплатное пользование по договору владельцам казино до 2013 года. Причем штраф за расторжение только этого договора составлял бы 188 миллионов рублей. В результате, СК России, если бы и стал собственником, то до 2013 года должен был бы из своего кармана компенсировать 12 миллионов рублей убытков в год, и нести расходы по капитальному ремонту здания, не имея в этом здании ни одной комнаты, одновременно спонсируя за свой счет еще и музей кино, который мы бы, конечно, с вами не бросили. Ведь так? Единственным активом СК РФ до этого самого 2013 года в здании киноцентра были наши заветные почти 6 тысяч квадратных метров. А что это были за метры? Это 6 тысяч лестниц, лестничных клеток и вентиляционных шахт. И что же? Смог бы Союз кинематографистов содержать убыточный киноцентр, из которого 15 выдающихся кинематографистов забрали лучшие площади? Да никогда.

Так вот, эти 68 % акций были проданы нашими коллегами за 2040 долларов по цене 3 тысячи за акцию. Это означало, что пакет в 32 % по этой цене стоил бы 960 тысяч долларов. Все. Вот это красная цена наших 32 %. Но кто их у нас купит? Кто захочет заплатить почти миллион долларов за площади, которые никому не нужны, кроме тех, кто очень любит бегать по лестницам или сидеть в вентиляционных шахтах? Я не думаю, что даже среди нас есть такие любители. Согласитесь? Нужно ли вам рассказывать, чего мне стоило, каких невероятных усилий, общений, звонков, автографов, подарков и всего остального, чтобы эти наши лестницы и коридоры максимальной стоимостью в 960 тысяч долларов мы продали не за 5 миллионов, как того просило наше правление, а за 6 миллионов долларов. Я хочу спросить: в этом зале есть кто-нибудь, кто согласился бы тратить свою жизнь, время, связи на то, чтобы выполнить обещание решить проблему киноцентра, осознавая, что против тебя борются твои же коллеги, чувствуя себя Федотом-стрельцом, которого послали туда, не знаю куда, чтобы он принес то, не знаю что. Не думаю. При этом напомню.

Наши коллеги 68 % продали второпях за 2040 тысяч долларов. Для справки. Из этих 2040 тысяч долларов наши рядовые коллеги из союзных республик не получили в итоге ничего. В Кыргызстане из запертого сейфа председателя Союза их украли. В Армении они пропали, в Туркменистане они просто пошли в доход государства. А в Белоруссии против председателя правления Игоря Волчека, который единственный, кто пытался раздать эти деньги своим ветеранам, возбудили уголовное дело. Деньги отобрали и чуть не посадили в тюрьму.

Кто? У кого поднимется рука проголосовать за то, что я не бился за киноцентр? У кого? Кто бы это мог сделать, кроме нашей команды, которая каждый день, не понимая, что здесь, под боком, совсем рядом твои же коллеги у тебя требуют одного и тут же мешают это делать. Это беспроигрышная лотерея. Беспроигрышная. Это игра в одни ворота. Если Михалков продавливает какую-то идею, он узурпатор, он абсолютный диктатор. А если он отступает и говорит: ну как хотите, - он ничего не делает. Так нельзя. Это нечестно. Это несправедливо.
 
Музей кино – один из самых скандальных, истеричных, крикливых вопросов

А теперь вернитесь, дорогие коллеги, к обвинению, которое мне уже было выдвинуто. И сами дайте ему оценку. Музей кино – это один из самых скандальных, истеричных, крикливых вопросов, обсуждавшихся не только в Москве, не только по всей России, но и далеко за ее пределами, на всех кинематографических форумах – от Канн до Торонто, через Венецию, Берлин и Токио. Михалков погубил русский музей кино. Какие только письма я ни получал. Угрожали, что угодно. Американская академия грозила, чуть не «Оскара» отняли.

А сколько демонстраций, пикетов: «Губитель!», «Варвар!», «Собственноручно выкинул музей кино на улицу!» А почему-то ни у кого не возникло мысли: а зачем мне это надо? Ну зачем мне надо выбрасывать музей кино? Зачем? с кем у меня борьба? С историей нашего кино? С Клейманом? С кем? Зачем? это не интересует. Это не имеет значения. Важна волна, важно, чтобы этот гон продолжался. Важно давить дальше. Я думаю, что я попрошу кратко о музее кино, это очень интересная история, она короткая, рассказать человека, который боролся с нами изнутри, который вел борьбу против нас, на стороне киноцентра. Это адвокат, который расскажет вам о том, как эта борьба велась. Пожалуйста, Соловей  Юрий Васильевич.
 
Юрий Соловей: «Я совершенно не против, чтобы платили деньги ветеранам кино»

Уважаемые кинематографисты! Я действительно не являюсь членом вашего Союза и поэтому мне чужды проблемы, которые вас волнуют. Более того, в течение трех лет я был на стороне ваших противников. Я выступал в судах со стороны новых собственников ЗАО «Киноцентр», я оформлял все документы, в том числе документы, связанные с продажей акциями как вашим Союзом, так и всех остальных Союзов.  А последние пять лет я являюсь членом совета директоров ЗАО «Киноцентр» и в силу своей должности имею доступ ко всем его маленьким тайнам и постыдным секретам.

Но если говорить откровенно, нас никогда не интересовала сама суть вашего конфликта. Только забираясь по просьбе вашего правления с не меньше чем три вагона документов, которые у нас есть архивные, я начал понимать, что же все-таки произошло и в чем истинные причины вашей битвы за Киноцентр. Никита Сергеевич уже познакомил вас подробно с цифрами, а ряд документов вы найдете в тех материалах, которые вам раздадут, вот в такой вот брошюре. Поэтому я хочу сказать только о ряде фактов. Это те факты, которые удивили лично меня, как человека, который привык работать с коммерческими организациями и банками.

Так вот, после увиденных мною документов я могу сказать как юрист с 15-летним стажем, что в реальности никогда не существовало никакой проблемы противостояния Михалкова и Киноцентра, как не было проблемы Михалкова и Музея кино. Эти проблемы были искусственно созданы и раздуты газетной шумихой до неимоверных размеров, хотя истина была, как всегда, перед вами. Но она как обычно, никого не интересовала, поскольку газеты интересует, прежде всего, скандал.  Если посмотреть на ситуацию, то немногие помнят, что в 93-м году ваш Союз в ЗАО «Киноцентр» отдавал не здание в собственность, а отдавал только право пользования этим зданием.

Поэтому когда появился Михалков в 98-м году, он сначала просто хотел оформить вашу же собственность, поставить ее на учет, как того требовал появившийся в 98-м году Федеральный закон о государственной регистрации. Михалков, как это следует из тех протоколов собрания акционеров, просто просил, чтобы у вашего Союза были представители в Совете директоров ЗАО, он просил, чтобы прибыльнее по карманам распихивалась, а делилась справедливо.

Однако тут все внезапно заговорили о конфликте.  И в пылу газетной полемики все кричали о Киноцентре, как об уникальном месте, в стенах которого осуществляется культурный обмен между кинематографистами всех стран СНГ и Балтии. Культурный обмен действительно был, ничего плохого про него сказать не могу. Но я полностью согласен и с тем, что Киноцентр был действительно удивительным местом, в котором  любой человек, кроме его основного акционера, получал доходы и мог управлять вашей собственностью.  Но вот дальше я перестаю понимать. Я, конечно, знаю, что каждый для себя в этой жизни определяет цену и стоимость и вес этих самых 30 серебряников, ради которых он готов пойти на предательство.

Но я отказываюсь понимать, как могли  руководители вашего московского Союза киноматографистов, входивших в состав Совета директоров ЗАО «Киноцентр» месяц за месяцем ,год за годом, как они могли голосовать против вашего  же Союза кинематографистов. Почему они постоянно голосовали за крошечные дивиденды в вашу пользу и одновременно щедро раздавали деньги в пользу конфедерации на проведение ее форумов, на издание ее журналов? Почему руководители московского Союза единодушно одобряли разбазаривание прибыли Киноцентра на оплату  все возрастающих юридических, аудиторских, информационно-консультационных услуг? Я не думаю, что это делали они только за те 23 миллиона рублей, которые получали в виде помощи.

Я совершенно не против, чтобы платили деньги ветеранам кино. Но я не понимаю, почему это нельзя было делать в рамках вашего Союза. Почему надо было прятаться, получать эти деньги тайно, за борьбу против своих же коллег и распределять так же кулуарно? Безусловно, деньги могут быть достаточной причиной.  Но как же надо не любить свой собственный Союз кинематографистов России, чтобы, оставаясь членом Конфедерации кинемаграфистов, одобрить передачу не только Киноцентра, но даже и вашего Дома кино. Я не оговорился.

Если вы обратите внимание на слайд, который сейчас появится, 4 ноября 2002 года возглавляемый Рустамом Ибрагимбековым  Конфедерация союза кинематографистов, членом которой до сих пор является московский Союз кинематографистов, подала в арбитражный суд Москвы иск о признании ее права собственности  на все здание Дома кино по адресу: улица Васильевская. дом 13.  Арбитражный суд отказал Конфедерации. Отказали потом апелляция, кассация и выше арбитражный суд. Но и защищал ваш Дом кино тот самый Михалков, о котором говорят, что он хотел его снести. А вот руководители московского Союза хотели его не просто снести, они согласны были его просто подарить Конфедерации.

Вы знаете, я так же не могу понять, насколько надо ненавидеть тот самый многострадальный музей кино, чтобы регулярно против него голосовать. А ведь голосовали, как уже было сказано, и Валерий Ланской, Наталья Фатеева, Владимир Мотыль, Леонид Мусса, Евгений Цымбал. Неоднократно они голосовали сначала за получения с музея ставки коммерческой аренды, они просили с музея 350 тысяч долларов в год. Потом голосовали за его приватизацию и возврат в ЗАЛ «Киноцентр». После этого они хотели,  и даже отключали музей от света и воды и, наконец, они принимали решение о выселении музея кино в судебном порядке. Это ваши коллеги.

В результате всего этого Союз кинематографистов, вы все, недополучили порядка 50 миллионов рублей только дивидендов и той помощи, которая могла бы пойти  вашему Союзу. Это и есть цена той дружбы московского Союза  с Конфедерацией.  Что в этой ситуации оставалось, когда, я считаю, что вас всех регулярно обкрадывали, оставалось делать Михалкову? Надо отдать ему должное – он боролся. Он боролся против нас. Действительно, были те сто процессов в течение пяти лет. И ваша победа, в общем-то, была возможна и близка, если бы ваши коллеги не раздали сами себе подарки в виде квадратных метров Киноцентра. Зачем было доводить ситуацию до абсурда, когда подарили все офисные площади кинозала Киноцентра и после этого свой собственный кабинет генеральный директор Киноцентра уже арендовал у этих 15 кинематографистов?

Вам оставили только лестницы и коридоры

В итоге все имущество, когда вы пришли в Киноцентр, было продано, подарено, сдано в аренду и или предоставлено в безвозмездное пользование. Причем, заключенные договоры не позволяли увеличивать арендную плату, а вам оставили те самые лестницы и коридоры. Что же касается проблем Музея кино, о котором так много говорили в прессе и везде, естественно, она была. Но я прошу вас обратить внимание, что эта проблема никогда не была проблемой юридической Союза кинематографистов России, как ее преподносит Наум Ефимович Клейман.

Когда новый собственник купил 68 процентов акций Киноцентра, мы были готовы решить для себя проблему Музея кино за 8 дней. У меня на стене в кабинете висело 4 исполнительных листа арбитражного суда города Москвы на выселение Музея из всех занимаемых им помещений. Почему 8 дней, просите вы? Потому что по исполнительному производству пристав сначала  предлагает добровольно исполнить решение, а потом приглашает физподдержку и выселяет насильно. Если вспомните, так было в декабре 2004 года с домом Хонжонкова, так было совсем недавно с кинотеатром «Ролан» и такая бы судьба постигла бы Музей кино в ноябре 2004-го года.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт